Книга Кто не спрятался, я не виновата, страница 54 – Варвара Шестакова

— В полном. В полном обратном порядке, – пробормотала я и проскочила на свое рабочее место. У меня не было привычки изливать душу. Точнее – в этом не было необходимости. Но в тот день у меня впервые возникло чувство, что где-то посередине груди повесили гирю, которая тяжелела при каждом вдохе и выдохе.

Рю-де-ла-Пэ. Как быть? Быть или не быть? Я сидела за своим неудобным рабочим столом, то и дело задевая его острый край. Если бы Гамлет знал ответ на этот вопрос, Шекспир не вошел бы в историю. Быть или не быть? Черт возьми, зачем мне все это надо? Я совершенно не знала этого человека, а он манил меня и отталкивал одновременно. Они же пишут очередные сценарии, играют со словами, ищут образы и прототипы. Рю де ла Пэ. Рука моя самозабвенно водила карандашом по листу бумаги, вырисовывала причудливые цветы, они всё заполняли и заполняли белоснежное поле, зима превращалась в лето. Еще немного, и поляна начнет выходить за пределы листа прямо на белоснежный глянцевый стол.

— Люси, – за спиной возникла фигура редактора отдела. – Что тут у тебя? – Он удивленно покосился на стол, на котором красовались едва появившиеся карандашные бутоны.

— Да так. – Палец принялся стирать взбунтовавшуюся природу. – Никак название для текста не выходит. – Может, вообще оставить без названия, а? Или так и напишем. «Бунюэль. Без названия».

— Люси, выручай. Назавтра нужен текст в рубрику «Галерея». Целая полоса, а Мария заболела совсем не вовремя. Это срочно, чертовски срочно. Есть хоть какие-нибудь идеи?

— Нет. Нет. Нет! – вырвалось у меня. Руки невольно схватились за край стола, словно я ожидала, что меня начнут насильно вытаскивать из-за него. – К тому же у меня Бунюэль.

— Бунюэль подождет. – Ален посмотрел на меня серьезно, даже строго. Такой взгляд всегда означал, что спорить почти бесполезно. – Просмотри списки мероприятий на сегодня. В общем, придумай что-нибудь. Это очень важно!

— Ален, ну ты же знаешь, я совершенно ничего не понимаю в изобразительном искусстве. Ни-че-го. Кино, литература, ну музыка – еще куда ни шло. Но живопись и прочее – не мое.

— Люсьен, что за демагогия? Какая кому разница, понимаешь ты или нет? У нас горит целая полоса. Нужен текст. Ты же не вчера сюда попала.

— Поставьте рекламу, у вас же десятки рекламодателей, всегда найдется пара хороших фотографий на целый разворот.

— Во-первых, ты прекрасно знаешь, что наши рекламодатели никогда не платят вперед. А во-вторых, мы еще пока что занимаемся культурой. По крайней мере, в ближайшие месяцы точно. И в раздел «Галерея» нам нужен текст. Фотографии тоже неплохо, но нужен текст! – Его маленькая голова на тоненькой шее слегка затряслась, и это был верный знак, что он начинает по-настоящему злиться.

Наверное, я чаще других порождала сейсмическую активность в его теле. И он сам не раз признавался, что держит меня только потому, что я почти единственная, кто еще не разучился писать. Не то чтобы мне нравилось выводить его из себя, но занятие культурой в последнее время слишком меняло курс моей привычной жизни.

«Просмотри списки мероприятий на сегодня». Ясное дело, что это был невольный заговор против меня, заговор космического масштаба. Рю-де-ла-Пэ. Какое еще мероприятие можно было найти?

Я вышла из редакции без десяти пять.