Книга Ловелас. Том 4, страница 101 – Илья Взоров

Мочало, мочало, начинай сначала.

— Ну начнем с того, что мы ее вместе обхаживали полгода.

— Но тем не менее…

— Ларри. Ты сейчас услышишь истину, которая тебе не понравится. Готов?

— Готов.

— У женщин — у большинства, не у всех, но у статистически подавляющего большинства — в голове устроено по-другому, чем у мужчин. И ты вот это «по-другому» сейчас впервые в жизни увидел в действии — на Рейчел. Я тебе попробую объяснить.

Я придвинулся ближе.

— Вот ты вкладываешься в какие-то отношения — деньгами, временем, усилиями, заботой, нервами — у тебя в голове, не сознательно, а где-то на подкорке, открывается счёт. Как в банке. Каждый вложенный доллар, каждый цветок, каждый билет в кино, каждая просьба, которую ты выполнил, — приходуется на этот счёт. Ты подспудно считаешь, что чем больше ты вложишь, тем выше твой рейтинг у этой женщины. И что в какой-то момент, при достаточной сумме на счёте, женщина признает твою ценность и распахнет объятия нижних конечностей. Логично?

— Логично.

— А теперь следи за руками: в женской голове такого счёта нет.

— Как нет?

— Не существует. У большинства из них. Они тебя оценивают не по тому, что ты сделал. Они тебя оценивают по тому, что ты есть каждый день. Прямо сейчас. На эту минуту. Цветы, которые ты ей привозил два месяца, — для неё уже было два месяца назад. У неё это вспоминается как «милый, заботливый парень». В прошедшем времени Если на этой неделе у тебя нет ничего нового, никакого роста, никакой статусной перестановки — у тебя в её глазах рейтинг такой же, как у любого нового парня, которого она встретит в кафе. А может, ниже — потому что нового она ещё не разглядела, в нём может быть тайна, а в тебе уже всё видно.

— Это… это жестоко.

— Это, Ларри, не жестоко. Это биология. Это в природе устроено так, потому что женщина инстинктивно ищет того, кто сейчас может обеспечить ей и её потенциальному ребёнку безопасность и ресурсы. Не того, кто обеспечивал её три года назад. Не того, кто будет обеспечивать через десять. Того, кто сейчас. Это очень древняя программа, ей сотни тысяч лет. Если не миллионы. Она сидит у них где-то на уровне мозжечка, и они с ней ничего не могут поделать. Они даже не подозревают, что у них в голове это работает.

Ларри долго молчал.

— И как это объясняет Рейчел?

— Очень просто. Ты для Рейчел два месяца был «милый Ларри, интрижка на пляже». Все твои усилия она зачитывала, но как «милый Ларри стал ещё милее». Ни одно из твоих действий не изменило её базовое представление о тебе.

— А почему тогда…

— А почему она в три минуты сняла трусы передо мной, а не перед тобой?

Я кивнул:

— Потому что я в этом помещении на эту минуту был выше тебя в иерархии. Меня она оценивает на текущий момент так: издатель крупного журнала, со связями в Голливуде, с Хьюзом на проводе, с охраной. Потенциальный миллионер. И в её голове, не у меня в голове, а в её, мгновенно сложился расчёт: «попасть в круг Кита Миллера — это в десять раз ценнее, чем встречаться с Ларри». Это не подло с её стороны. Это её биологический калькулятор, работающий быстрее, чем она успевает осознать.

— И что, она бы и сейчас выбрала тебя, а не меня, если бы я её позвал?

— Сейчас — да. Если бы я завтра разорился, потерял редакцию, попал в тюрьму ещё раз и вышел оттуда сломанным человеком, — то нет, тогда уже нет. Тогда она бы посмотрела на меня и подумала: «Это уже не тот Кит, для которого я снималась голой в фотостудии», и пошла бы искать следующего. Ровно так же. Это, Ларри, работает в обе стороны.