Книга Свет в твоём окне, страница 14 – Анна Аникина

Он же не мог умереть? Не мог же?

Светлые Сашины глаза наконец открылись. Катя часто моргала. Боже! Как же она испугалась за этого придурка! Какая же он сволочь! Это опять его медицинские фокусы? Опять трюки? Клоун! Больной на голову!

Вокруг них уже собралась толпа. Катю от Саши оттеснил кто-то из мальчишек. Она отпросилась с уроков.

Больше они не разговаривали. Очень напряжённо избегали друг друга. Старательно делая вид, что до друга друга им нет никакого дела.

И всё же что-то тянуло Катю проверить, что там — за невозмутимым Сашкиным фасадом? Где правда?

Оно получилось само. Школьный весенний выезд на базу шефов был большим событием. К нему готовились. Его ждали. Катя ехала в этот раз уже вожатой. В ожидании автобусов все толкались на школьном стадионе и на площадке перед входом. Рюкзаки, гитары, какие-то плакаты, спортивный инвентарь в сетках. Весна. И радостное предвкушение приключений.

Это последние месяцы Сашки в школе. Потом он выпустится. И они точно не увидятся вот так — глаза в глаза.

Катя взяла гитару. Зацепила ремнем. Вокруг неё сразу образовался круг.

Ты — мое дыханиеУтро мое ты раннееТы и солнце жгучееИ дождиВсю себя измучаюСтану я самой лучшеюПо такому случаюТы подождиПо такому случаюТы подожди, — запела Катя, перебирая струны песню на стихи Ады Якушевой.

Шедший мимо Фёдоров остановился. И поднял взгляд.

Подожди, себя таяСамой красивой стану яСтану самой умноюИ большойСколько лет все думаю«Как бы найти звезду мою?»А звезда — рюкзак на плечиИ пошелА звезда — рюкзак за плечиИ пошёл, — пропела Ведерникова, не отводя глаз.

Сашка легко одной рукой подхватил рюкзак. Развернулся. И пошёл к свои одноклассникам, не оборачиваясь.

Ты моя мелодияТы — вроде ты и вроде яМой маяк у вечностиНа краюСпросят люди вновь еще«Ну, как ты к нему относишься?»Я тогда им эту песнюПропоюЯ тогда им эту песнюПропою, — закончила еле живая Катя.

Вот и всё. Она попала в собственный капкан. Хотела проверить, как он среагирует? А теперь надо как-то делать вид, что у неё самой всё хорошо. Вокруг полно малышей, за которых она отвечает.

Катя глянула на часы. Есть пять минут. Опрометью кинулась внутрь школы в туалет. Оттуда её рыдающую вытащила напарница по отряду Света.

— Кать, автобусы пришли. Надо грузиться. Мы последние.

Где её рюкзак? Катя ничего не могла понять.

— Катя, он тут. Его кто-то принёс уже, — кричали ей из автобуса дети.

Вот и пойми, где правда. Или она просто пытается сбежать сама от себя?

Последний, выпускной год выдался непростым. В стране закипали какие-то страсти, в августе все выучили четыре странных буквы — ГКЧП, из магазинов пропадали продукты, но все эти перипетии больше беспокоили родителей Саши, чем его самого.

Он готовился к поступлению. Сочинение, химия и биология. С литературой проблем не было, Фёдоров много читал, грамотность у него вообще была врождённой, а вот химия и биология требовали репетиторов, и корпеть над учебниками приходилось много.

В школе все шло как обычно. Учеба, штаб, настольный теннис на переменах. С Катей внешне тоже все оставалось по-прежнему, они то не общались неделями, то цепляли друг друга едкими словечками и остротами.

Саша, делая вид, что ему все равно, чем и как живёт Катя, после случая с Сизовым скрытно наблюдал за Ведерниковой, чтобы избежать эксцессов. Сказать, что это приносило Фёдорову удовольствие, было нельзя. Незажившая душевная рана расковыривалась ежедневно, но отчего-то казалось, что эта мера необходима.