Книга Свет в твоём окне, страница 13 – Анна Аникина

Новенький изводил Катю. Своими претензиями. Придирками. А однажды позволил себе сначала обозвать её придурочной. А потом на перемене сильно задел плечом. Катя ойкнула. Но не успела даже глазом моргнуть, как вундеркинду прилетело. Тот неловко плюхнулся прямо на пятую точку. И его с удовольствием оборжали все — от взрослых ребят, до малышей.

Ведерникова поискала глазами инициатора. Что и требовалось доказать. Федоров повернулся спиной. Но было видно, как он крутит кистью. Не хватало ему ещё неприятностей в последний школьный год.

После уроков она помчалась на работу. Потом на тренировку. Уже почти ночью брела от метро домой. На лавочке возле детского сада тусовались её одноклассники

— Катюх, слышала, сегодня за школой махоч был?

— Нет... А кто?

— Фёдоров вундеркинду нос разбил.

— О Господи!

Сашке нельзя руки повредить! Он же в медицинский собрался! Куда он опять полез? Кто его просил? Она ему никто!

Катя очень старательно внедряла эту мысль. Федоров сам по себе. А у неё и так всё отлично.

С Федоровым они то цепляли друг друга, как разные половинки застежки "липучки", то подолгу игнорировали.

Зимой у Кати настроение было ниже плинтуса. Родители ссорились. Домой идти не хотелось. Личная жизнь? Да, наверное. С парнем гуляла по выходным. Они даже целовались прямо на улице. Всё, как у всех. Ничего выдающегося.

Сашка попался ей случайно. Если бы не сидел дежурным у двери на первом этаже, сто лет она его не увидела бы. Десятый класс с одиннадцатым по кабинетам не пересекался.

На правах дежурного Фёдоров прогуливал уроки. Сидел, как довольный кот. На шее тонкий шерстяной шарф. Пижон! Шарф нацепил, а рукава всё равно закатаны!

В школе ждали очередную иностранную делегацию. Железный занавес рухнул недавно. И в Москву со всего мира потянулись люди. Смотреть, как же тут русские живут на самом деле. В школе регулярно бывали группы иностранцев. То американцы, то японцы, то немцы. Фёдоров по-английски говорил свободно. Вот, видимо, сейчас его назначили встречать гостей.

— Саш, дай шарфик поносить, — Катина одноклассница Верочка кокетливо уселась прямо на колени к Фёдорову. Взяла в руки конец шарфа.

На Ведерникову накатило.

— Ты в этом шарфе, как швейцар. Японцам дверь открывать, — не удержалась Катя от колкости. Непонятно, что её тянуло всё время сказать Сашке гадость.

— Вер, слезь, тяжёлая, — устало бросил Фёдоров и всем телом развернулся к Кате. Оглядел её с головы до ног.

Катя тут же покрылась мурашками целиком. Взгляд у Саши был колючий. Она его задела.

— Зато из тебя вышла бы отличная гейша!

Катя вспыхнула. Как он её назвал??? Гейша? Она? Да, что-то там про песни-танцы. Но это же, как проституткой при всех назвать! Сволочь! Народу вокруг полно.

Ведерникова сделала несколько шагов в его сторону. Фёдоров всё так же вальяжно сидел на стуле. И шарфик у него дурацкий! И взгляд тоже! Хам! Катя схватила концы шарфа.

— Я тебя сейчас этим шарфом и задушу, — прошипела отчаянно.

— Души! — отозвался Сашка, качаясь на стуле, и криво улыбнулся.

Катя обошла его со спины, не выпуская концы шарфа. И натянула. Буквально на секунду. Или ей так показалось. Стул качнулся. Сашка спиной рухнул к её ногам. Совершенно белый.

Катя ахнула. Упала на колени рядом.

— Саша... Саш... Сашенька...