Книга Любовь или расчёт, страница 2 – Мари Лав

— Это зонт, а не крыша.

— Какая разница? — она чуть склонила голову. — Принцип тот же.

Антон усмехнулся. Он не ожидал от случайной незнакомки в сквере такой философии.

— Можно сесть?

— Место свободное, — она подвинулась.

Он сел. Скамейка была мокрой, но он не обратил внимания. Между ними повисла пауза — не неловкая, а какая-то правильная, наполненная. Обычно в таких ситуациях Антон начинал говорить первым — шутить, рассказывать о себе, задавать вопросы. Сейчас ему не хотелось ничего говорить. Он просто смотрел на неё и думал: «Откуда ты здесь взялась?»

— Ты поздно возвращаешься, — сказала она.

— Работа.

— И кем работаешь?

— Аналитиком. Бюджетная сфера.

— Звучит скучно, — заметила она без тени осуждения.

— Выглядит скучнее, чем звучит, — признался он. — Но мне нравится. Порядок, логика, предсказуемость. А ты?

— Флорист. У меня маленькая мастерская в центре.

— Цветы — это предсказуемо? — спросил он.

— Цветы — это антихаос, — ответила она серьёзно. — Ты берёшь кучу разрозненных веток, бутонов, листьев и собираешь из них что-то цельное и красивое. В этом есть математика. Просто не все её видят.

Она говорила, а он смотрел на её руки — тонкие, с короткими ногтями без маникюра, со старым шрамом на большом пальце. Руки человека, который работает с живым материалом. И с каждой секундой он понимал, что не хочет уходить. Это было странно. Обычно после десяти вечера его социальная батарейка садилась, и он мечтал только о душе и диване. Сейчас он готов был сидеть здесь до утра.

Они проговорили больше часа. Антон узнал, что её зовут Олеся, ей двадцать восемь, она любит джаз и старые фильмы, ненавидит шумные компании и кофе (пьёт только травяной чай). Она не спрашивала, сколько он зарабатывает, какая у него машина и есть ли своя квартира, — вопросы, которые ему задавали на первых свиданиях с завидной регулярностью. Ей было просто интересно с ним.

В какой-то момент она взглянула на часы — механические, на тонком кожаном ремешке.

— Мне пора.

— Давай провожу.

— Не надо, я близко.

— Олеся, — он впервые произнёс её имя вслух, и оно показалось ему правильным, как хорошо подобранный ключ к замку, — на улице темно. И холодно. Я всё равно поеду в ту сторону.

Она посмотрела на него долгим взглядом, потом улыбнулась — той самой улыбкой, от которой у него замерло сердце.

— Ладно. Проводи до угла.

Они прошли через дворы молча, но это молчание не давило. Антон чувствовал её плечо рядом, запах — горький апельсин и корица. У угла она остановилась.

— Спасибо.

— За что?

— За то, что сел рядом. Многие проходят мимо.

— Ты сидела под фонарём с раскрытым зонтом. Мимо такого трудно пройти.

Она снова улыбнулась, достала из кармана пальто простую визитку. На ней было только имя и телефон. Ни названия мастерской, ни адреса.

— Позвони, — сказала она. — Если захочешь.

И ушла. Быстро, почти бесшумно. Красные туфли мелькнули в темноте и растворились.

Антон остался стоять под фонарём, сжимая в руке визитку.

— Чёрт, — сказал он сам себе. — Кажется, я влип.

Он не верил в судьбу. Но в тот вечер теория вероятности дала сбой.

Приближение

Антон позвонил на следующий день после знакомства.

Он не размышлял, стоит ли звонить, не ждал «правильного момента», не боялся показаться навязчивым. Просто во вторник после работы, сидя в машине, достал визитку и набрал номер.