Книга Любовь или расчёт, страница 3 – Мари Лав

— Алло? — голос низкий, чуть хриплый.

— Олеся? Привет. Это Антон. Мы познакомились в сквере. Ты дала визитку.

— Помню, — в её голосе появилась лёгкая усмешка. — А я думала, ты не позвонишь.

— Почему?

— Мужчины часто не звонят. Или звонят через неделю, чтобы казаться занятыми.

— Я не занят, — сказал Антон. — И не притворяюсь. Я просто хочу тебя увидеть.

Она помолчала секунду.

— Завтра в семь. У меня окно между заказами. Приезжай в мастерскую.

— Адрес?

— Улица Ленина, 14. Первый этаж. Вывеска «Олеся Флористика». Не ошибёшься.

И повесила трубку.

После того звонка Антон не стал ждать. Он приехал на следующий день, как договорились.

Магазин «Олеся Флористика» находился на первом этаже обычной девятиэтажки на улице Ленина. Большая витрина, за которой — ряды цветов, холодильник для срезанных букетов, стеллажи с горшками. Обычный, добротный магазинчик, таких много в любом областном центре. Антон припарковался, взял с пассажирского сиденья букет — купил по дороге, алые розы, пять штук. Без затей, но аккуратно. Толкнул дверь. Колокольчик звякнул.

Внутри пахло мокрой землёй, зеленью и чем-то сладким. Прохладно, как и положено в цветочном магазине. Олеся стояла за рабочим столом, перевязывая лентой букет из белых хризантем. Светлые волосы собраны в низкий пучок, на ней — чёрный свитер и джинсы, поверх — фартук с карманами. Она подняла голову, увидела Антона — и улыбнулась.

— Пришёл, — сказала она. Не спросила — констатировала.

— Я же обещал.

Он протянул розы. Она взяла, понюхала, одобрительно кивнула.

— Пять штук. Классика. Без пошлости. Молодец.

— Я умею выбирать цветы, — сказал Антон.

— Ты умеешь выбирать цветы для обычных девушек, — поправила она. — Для меня — не знаю. Я же флорист. Я вижу каждый недочёт.

— И есть недочёты?

— Есть, — она улыбнулась, ставя розы в ведро с водой. — Но ты старался. Проходи, садись.

Она указала на стул у окна. Рядом на низком столике уже стояли две кружки. Антон сел, огляделся. Стены выкрашены в светло-серый, на полу — керамогранит, на подоконниках — фиалки и кактусы. Ничего лишнего. Рабочее место, не музей.

— Чай будешь? — спросила Олеся, разливая по кружкам из заварного чайника.

— А у тебя есть кофе?

— Нет. Только травяной. Привыкай.

Она поставила перед ним кружку. Села напротив, на высокий табурет. Антон сделал глоток — мятный, с лёгкой горчинкой. Терпимо.

— Рассказывай, — сказала она.

— О чём?

— О себе. Ты пришёл, я тебя впустила. Значит, ты мне интересен. Но я не умею вытягивать клещами. Рассказывай сам.

Антон откинулся на спинку стула. Он не любил говорить о себе — не потому, что стеснялся, а потому, что считал это скучным. Но сейчас почему-то не хотелось отделываться общими фразами.

— Мне тридцать пять. Работаю аналитиком в бюджетной сфере. Квартира своя, машина. В браке не был. Детей нет. Отец умер, мать в другом городе. Спортзал три раза в неделю. Иногда в пятницу бар с друзьями. Всё.

— Скучный ты, — сказала Олеся без осуждения.

— Так и есть, — согласился он. — А ты?

— А я — цветочная фея, — она усмехнулась. — Двадцать восемь. Своя мастерская. Живу одна. Люблю джаз, не люблю кофе. Иногда в пятницу — тоже бар, но с подругами.

— И всё?

— И всё, — она подняла на него глаза. — Пока.

Он хотел спросить, что значит «пока», но передумал. В её глазах было что-то, что не располагало к быстрым ответам.