Книга Стратегия лени: Как случайно спасти Империю и выйти замуж, страница 115 – Е. Лань

— Это не слухи, отец, — я опустила глаза. — Он уже попросил, и я дала согласие.

Воздух вокруг Хасо мгновенно потяжелел, давление его Ки стало ощутимым.

— Ты выходишь замуж не за простого человека, Ю-Ри. Ты выходишь замуж за трон, за Дворец, за вечную жизнь под прицелом чужих глаз. Я отдал этому месту свою кровь, чтобы вы с братом могли жить в мире. Я не позволю ему запереть тебя в этой золотой клетке, если ты хоть на мгновение сомневаешься.

— Я не сомневаюсь, батюшка, — я подняла на него взгляд. В моих глазах не было ни страха, ни неуверенности. — Ли Джин… он не клетка. Он — стена, за которой я могу укрыться. И он пообещал, что моя кушетка будет стоять в его рабочем кабинете.

Леди Сора тихо, мелодично рассмеялась.

— О, Хасо, успокойся и убери свою ауру, ты пугаешь птиц в саду, — она подошла ко мне и ласково поправила тяжелую нефритовую подвеску на моем поясе. — Наша девочка нашла того, кто согласен терпеть её лень и даже возвести её в ранг государственной политики. Это редчайший трофей. Нам остается лишь убедиться, что этот юнец понимает, какое именно чудовище он берет в жены.

— Идемте, — проворчала я, чувствуя, что еще немного столостояния, и мои ноги откажут. — Нас ждет Зал Сияющего Рассвета. Чем быстрее мы выслушаем эти бесконечные хвалебные речи, тем быстрее я смогу сесть.

* * *

Зал Сияющего Рассвета был самым большим и величественным церемониальным залом Императорского Дворца. Сегодня он был переполнен.

Министры, генералы, главы благородных кланов, послы из соседних провинций — все собрались здесь, облаченные в свои лучшие парадные одежды. В воздухе витал запах дорогих благовоний и нескрываемого страха.

После подавления мятежа «Красного Журавля» политический ландшафт столицы был выжжен дотла. Многие из тех, кто сейчас низко кланялся, еще несколько дней назад сомневались, чью сторону занять. Теперь же они дрожали, ожидая кары или милости от молодого правителя.

Император Ли Хён, чей организм всё еще боролся с последствиями яда, не смог присутствовать.

На высоком золотом помосте, в кресле, украшенном изображениями извивающихся драконов, восседал Наследный Принц Ли Джин. В качестве Регента Империи он обладал абсолютной властью.

Мужчина был облачен в красный парадный халат, расшитый золотом. На его голове покоилась корона Иксонгван. Его лицо было бесстрастным, ледяным и недосягаемым. Это был лик истинного Владыки, перед которым склоняются горы и пересыхают реки.

Когда церемониймейстер трижды ударил в нефритовый гонг, возвещая о начале, зал погрузился в гробовое молчание.

— Гук-Гон Чон Хасо! И Леди Чон Ю-Ри! — провозгласил глашатай.

Мы с отцом вошли в зал. Матушка осталась в специальной нише для высокопоставленных дам, откуда открывался прекрасный вид, но где не нужно было стоять.

Сотни глаз обратились на нас. Я чувствовала их вес. Они смотрели на отца со священным трепетом, как на живую легенду, а на меня они смотрели с опаской. Слухи о «Тени Принца», о девушке, которая раскрыла заговор, не покидая своих покоев, обросли мистическими подробностями.

Мы подошли к подножию помоста и опустились на колени, совершая положенный поклон. Мои колени жалобно скрипнули.

— Поднимитесь, Гук-Гон. Поднимитесь, Леди Чон, — глубокий и спокойный голос Ли Джина разнесся над залом.