Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №3, страница 59 – Сергей Изуграфов

— Почему? — поинтересовался Смолев. — Что помешало?

— Директор судоверфи неожиданно пропал. Телефон отключен, на связь не выходит.

— Когда? — спросил Смолев. — Когда он пропал?

— Сегодня утром. Жена говорит, что выехал из дома, как обычно, в восемь утра и направился на верфь. До работы не доехал. Ни машины, ни директора, — пожала плечами гречанка. — Кстати, документы по катеру тоже исчезли вместе с ним. Якобы накануне ему кто-то звонил; он попросил секретаршу сложить все документы в папку и забрал их с собой. Жена подтвердила, что когда утром муж уезжал из дома, у него в руках была большая кожаная папка. Раньше она ее не видела. Соответственно, папка тоже исчезла. Больше на верфи никто ничего не может сказать. Я передала все материалы в полицию Генуи, но, похоже, что коллегам пока не до нас: мне до сих пор никто не перезвонил.

— Оперативно работают, мерзавцы, — буркнул Манн, сжав тяжелые кулаки и явно имея в виду не генуэзскую полицию. — Нам бы так! Что еще?

— По заключению экспертизы на полу каюты действительно обнаружены следы крови. Ее пытались замывать морской водой, но следов достаточно, чтобы определить группу. Она не принадлежит ни «утопленнику», ни раненому, оставившему в пещере окровавленные бинты. Кому принадлежит — пока неизвестно. Если бы у нас был образец крови задержанного и его отпечатки пальцев… В конце концов — любой генетический материал!

— Будет, все будет, — кивнул Манн. — Но чуть позже.

— По катеру стреляли, — заметил Смолев. — Удалось определить, из какого оружия?

— Да, — кивнула гречанка, достав небольшой блокнот из внутреннего кармана пиджака и открыв его на нужной странице. — Стреляли крупной картечью из дробовика, возможно, двенадцатого калибра. Предположительно — это помповое ружье. Судя по количеству пробоин в корпусе и их кучности, было произведено минимум два-три выстрела с близкого расстояния. Метров с десяти, может, — ближе. Стреляли умышленно ниже ватерлинии: очевидно, хотели затопить катер. Обычный катер, получив такие повреждения, безусловно затонул бы уже в течение часа. Но этот был сделан по специальному проекту, он лишь набрал воды в одну из герметичных камер, сохраняя общую плавучесть.

— По утопленнику есть заключение экспертизы? — спросил генерал.

— Пришло сегодня утром, — вклинился инспектор Антонидис, протягивая собравшимся листы бумаги. — Я распечатал несколько экземпляров… Прошу вас, господа! В двух словах: тело неопознанного мужчины, возраст около тридцати пяти — сорока лет, без особых примет. В связи с отсутствием кистей рук и головы идентификация личности затруднена. Но не это самое интересное! Вот, прочтите внизу заключение патологоанатома. Он считает, что…

— Смерть наступила в результате «острого трансмурального инфаркта миокарда»? — прочел вслух Смолев. — Да еще и четыре дня назад?! То есть он умер в тот же день от разрыва сердца?

— И был уже мертв, когда попал в воду, — кивнул старший инспектор. — И умер он, как теперь понятно, естественной смертью. Более того, обратите внимание, что по заключению экспертизы, «судя по характерным повреждениям и состоянию тканей, части тела были отделены посленаступления смерти».

— Ясно, нам подбросили покойника, одетого в такой же гидрокостюм, — кивнул Манн. — Артисты, чтоб их черти драли!