Книга Заново. В твоей тени — свет, страница 67 – Арина Вольская

— Из дневника Элиан, последняя страница

Вечером, когда солнце уже коснулось горизонта, окрасив небо в багряные и золотые тона, Элиан снова шла через Запретные земли. Ветер дул с запада, холодный, колючий, пахло гарью и далёкой свободой. Где-то в горах выла собака — тоскливо, протяжно, как по покойнику.

Она шла быстро, почти бежала.

Сегодняшний день выдался тяжелым — второе освящение отняло больше сил, чем она ожидала. Аэрон был настойчив, почти жесток, и Элиан чувствовала, как её магия утекает, как вода сквозь пальцы. Но она держалась. Улыбалась. Кивала. Благодарила.

А теперь шла к нему. К единственному, кто не ждал от неё улыбок.

Стражники спали — в этот раз особенно крепко, потому что Элиан добавила в их вино снотворного в два раза больше обычного. Она перешагнула через чью-то ногу, поморщилась от запаха перегара и шагнула в темноту коридора.

Светлячок зажёгся сам собой.

Сегодня он был каким-то тусклым — наверное, магия уставала вместе с ней.

Дариан сидел на своём обычном месте — у стены, прислонившись спиной к кристаллу. В руках он держал не книгу, а стопку бумаг — исписанных, мятых, с потёртыми краями.

— Что это? — спросила Элиан, садясь на пол.

— Манифест, — ответил он, не поднимая головы.

— Манифест? — она удивилась. — О чём?

— О налоговой реформе, — сказал он.

Элиан моргнула.

— Ты шутишь.

— Я никогда не шучу о налогах, — ответил Дариан, поднимая голову. Его серые глаза блестели в свете светлячка, как два маленьких серебряных диска. — Это серьёзно.

Она протянула руку через решётку.

— Дай посмотреть.

Он колебался секунду — видно было, что бумаги для него важны, почти святы. Потом вздохнул и передал стопку.

Элиан взяла листы. Они были исписаны мелким, убористым почерком — каллиграфическим, почти художественным. Странно было видеть такую красоту в таком месте.

Она начала читать.

«Статья первая: отменить налог на магию для всех граждан, чей доход не превышает…»

«Статья вторая: установить фиксированную ставку для землевладельцев…»

«Статья третья: открыть бесплатные школы магии для одарённых детей из бедных семей…»

Элиан перелистнула страницу. Потом ещё одну. Потом ещё.

Цифры. Таблицы. Расчёты. Сравнения. Всё было продумано до мелочей — до копейки, до гроша, до последней монеты.

— Ты что, бухгалтер? — спросила она, не скрывая удивления.

— Я — тот, кто хочет изменить мир, — ответил Дариан. — Не мечом. Не магией. А налогами.

Элиан посмотрела на него долгим взглядом.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно, — кивнул он. — Мечи и магия — это инструменты разрушения. А налоги — созидания. Если люди не будут голодать, им не понадобится воевать. Если дети будут учиться, они не вырастут в солдат. Если богатые будут платить, а бедные — получать, мир станет другим. Лучше.

— Ты — тёмный властелин, — напомнила Элиан.

— А ты — святая, — парировал он. — И что с того?

Она замолчала.

Она не знала, что сказать.

В прошлой жизни она сражалась с ним. Она шла в бой, светя магией, и думала, что защищает мир от монстра. А монстр в это время сидел в темнице и писал манифест о налоговой реформе.

Ирония.

Горькая, как полынь.

— Ты правда веришь, что это сработает? — спросила она.

— Верю, — ответил он. — Потому что если не верить — зачем всё это?

— Зачем? — повторила она.

— Затем, — сказал он, — чтобы однажды люди перестали бояться. Не меня. Не тёмных магов. А того, что они не смогут прокормить своих детей.