Онлайн книга «Весенний обряд»
|
— Ваши амбиции – и в этой глуши… — В начале правления династии Чжоу Чжоу-гун регламентировал ритуал и музыкальные каноны, установил новый порядок, во главе которого встала военная аристократия, уничтожил устои и традиции Шань-Инь, союз религии и светской власти. Пять веков спустя Конфуций, значительно сократив «Ши цзин» и «Шу цзин», создал «Чуньцю», нанеся тем самым непоправимый ущерб существовавшему ранее порядку при Ся[108], Шан, Чжоу в попытке установить новый неизменный порядок навечно. Его последователи изложили все его идеи в «Самодержавии». Однако, на мой взгляд, подобного рода план по-прежнему был крайне мелок в отношении порядка, установленного Чжоу-гуном. Прошло еще пятьсот лет, и этот порядок рассыпался в прах, породив недолгое правление династии Цинь, тиранию которого на протяжении более чем ста лет продолжила проповедовать династия Хань. Так этот режим сохранился до наших дней. Нынешний правитель поднял войска против кочевников хунну, в ходе своей агрессивной политики истощив ресурсы страны до предела. Он учредил обряды благодарения Небу и земле, доверился чернокнижникам, общаясь с темными силами посредством всевозможных смехотворных обрядов в поисках бессмертия, доведя их до крайности. И, однако, он продолжает неустанно предаваться им, получая наслаждение, не осознавая собственного позора и не чувствуя ни малейшего стыда. По моему мнению, эта страна находится на краю гибели и без реформ ее не спасти. Конфуцианство серьезно относится к противопоставлению «природы»[109] и «культуры», разве не так? Я слышала, что конфуцианцы называют династию Шан-Инь династией «природы», а династию Чжоу – династией «культуры», а также считают, что «природа» и «культура» – эти оба естественных стремления любой эпохи – непрерывно сменяют друг друга. В таком случае мы можем считать, что мы доживаем последние годы «культурной» эпохи, и чтобы спасти ее от различных злоупотреблений конца времен, следует вновь учредить «природный» строй, восстановить союз светской власти и религии, передать власть в руки шаманов. Меня и Чжоу-гуна, к счастью, разделяет тысячелетие, на протяжении которого во всей Поднебесной главенствовал учрежденный им порядок, нравы и устои, но начиная с этого времени мы должны учредить тысячелетие, принадлежащее колдунам и шаманам. — Будучи унюй, я очень надеюсь, что такой порядок будет установлен. Однако каким образом мы, унюй, можем противостоять государству? Нань-у, возможно, еще можно придумать способ проникнуть в ряды чиновников, чтобы в конце концов… – Куй не смогла выговорить «поднять войска и совершить государственный переворот», поэтому после небольшой паузы продолжила: – Согласно действующим в государстве порядкам мы, унюй, боюсь, до конца своих дней не сможем установить контроль над светской властью. Сестрица Жоин, скажите, каким образом вы в конечном итоге собираетесь воплотить все задуманное? — Если женщина желает обрести светскую власть, пожалуй, есть только один путь. Мы с Цзянли уже некогда обсуждали этот вопрос, но не смогли придумать никакого другого способа. — Вы имееете в виду… — Я полагаю, будучи унюй, вы в состоянии понять, что значит служить правителю своим телом. — Полагаю, что так, – вздохнула Куй. – Цзянли целиком и полностью посвятила себя изучению игры на музыкальных инструментах именно ради этой цели? |