Книга Искра прошлого. Том 1, Наследница пламени. Том 2, страница 188 – Людмила Закалюжная

Мальчик стоял у стены рядом с окном, бледный, в одной рубахе, босой. За спиной у него нависал Косой, приставив к горлу ребенка длинный, узкий нож.

— Стоять! — крикнул бандит, и все замерли. — Шаг вперед — и я его порешу.

— Не смей, ублюдок, — Михаил чувствовал, как голос срывается на хрип.

Косой перевел на него цепкий черный взгляд. Так смотрят те, для кого чужая жизнь ничего не стоит.

— А, это ты, — протянул бандит. — Жив, значит.

А потом впился глазами в Кнута с такой ненавистью, что Михаил невольно повел плечом.

— Кнут, — голос Косого прозвучал сипло. — А я слышал, тебя из сыска поперли. Думал, ты теперь в стороне.

Кнут усмехнулся, поигрывая тяжелыми кулаками:

— Поперли. А я вот решил старые долги собрать.

Ваня смотрел на Михаила широко раскрытыми глазами, в которых застыл ужас. Он не плакал, только губы дрожали, и весь он трясся мелкой дрожью.

— Не бойся, Ваня, — Михаил шагнул вперед, и Косой тут же сильнее прижал нож к горлу ребенка. Из-под лезвия потекла тонкая струйка крови.

— Стоять! — заорал бандит. — Следующий шаг — последний.

— Косой, одумайся, — голос Кнута прозвучал неожиданно спокойно. — Убивать пацана — это петля. А мы можем договориться.

— О чем? — Косой осклабился. — А что мне терять? Вы ж меня все равно в сыск сдадите. Или сами прикончите. Так почему бы и мне не забрать кого-то с собой?

— Отпусти мальчишку, и мы уйдем.

— Врешь, — глаза Косого сузились. — Ты всегда врешь, Кнут.

— Клянусь, — Кнут поднял руку. — Мы пришли только за пацаном.

И за спиной едва заметно шевельнул пальцами — знак, понятный лишь Сычу.

Косой замер, сверля его недоверчивым взглядом. Нож в его руке чуть ослаб, и Ваня судорожно вздохнул, чувствуя, как лезвие отходит от шеи. Мальчик дернулся было, но бандит тут же снова прижал его к себе, зажав другой рукой по-звериному крепко.

— Не дергайся, щенок! — прошипел Косой и снова перевел глаза на Кнута. — А ты что же, Кнут, прямо так и уйдешь? С пустыми руками? Забыл, сколько лет пытался ко мне подобраться?

— Забыть такое невозможно, — Кнут сплюнул на пол. — Но сейчас у меня другой интерес. Мальчишка мне нужен живым. А ты свое все равно получишь, но не от меня.

Косой оскалился в кривой усмешке.

— Сыск уже не тот. Ищейки нюх потеряли.

— Ошибаешься, — тихо сказал Сыч.

И тут же что-то мелькнуло в полумраке. Тот самый браслет сорвался с руки Сыча и, описав короткую дугу, впился Косому в запястье. Бандит взвыл, пальцы его разжались, нож со звоном упал на пол. В ту же секунду Ваня рванулся вперед, и Михаил, не помня себя, подхватил ребенка, откатываясь к стене, закрывая его собой.

Косой забился, пытаясь стряхнуть с руки артефактный браслет, но опасное украшение сжималось, впиваясь в плоть, и из-под него потянулись тонкие, похожие на паутину нити, оплетая пальцы, запястье, предплечье. Кнут шагнул к бандиту, схватил его за шиворот и с силой приложил о стену.

— Лежать! — рыкнул он, заламывая Косому руки за спину. — Сыч, веревку!

Сыч уже был тут как тут — тонкая бечева туго врезалась в запястья бандита, поверх артефакта, что продолжал мерцать зловещим синим светом. Косой дернулся еще раз, но Кнут придавил его коленом к полу, и тот затих, только дыхание со свистом вырывалось из груди.

— Отпусти… отпусти, Кнут, — прохрипел бандит. — По-свойски же…