Книга Черное пламя Раграна 3, страница 141 – Марина Эльденберт

Риа завизжала. Роа побелел, а в следующий момент эти твари вцепились в моих детей и потащили их к креслам.

— Вы что делаете?! — закричала я, но в мою сторону обернулся разве что муж Эли-Эн.

— Она под приказом Кроунгарда, — равнодушно бросила иртханесса. — Не обращай внимания. А ты — стой где стоишь.

— Мам!

— Мамочка! — хором завопили мои дети, а я еще никогда в жизни не ощущала себя такой бессильной. Настолько бессильной — глядя, как их сажают в регулируемые кресла, закрепляя ноги и руки, и начинают облеплять датчиками.

— Да что ж ты за женщина такая! — крикнула я, и Эли-Эн обернулась. — Это же твои племянники! Твоя кровь!

— Моя кровь? — холодно и жестко произнесла она. — Где эта кровь была, когда он стал правящим страны?! Моей страны, для которой я так и осталась просто его родственницей, ничего не значащим элементом! Он мог пригласить нас вернуться! Мог! Но даже этого он не сделал! Теперь его дети станут ретрансляторами. Я бы даже больше сказала — мощнейшим узлом ретрансляции вместе с этим!

Она свирепо мотнула головой, указывая на драконий мозг. Муж успокаивающе положил руку ей на плечо, и она взглянула на него уже совершенно иначе. На миг, чтобы потом продолжить заниматься своими делами.

В этот момент я вспомнила, как держала на руках Роа и Риа. Вспомнила, как в полусне поднималась к Бену с ножом. Вспомнила, как в этом густом вязком мареве сопротивлялась тому, что должна сделать, и все же сумела его позвать. Я не представляю, что они хотят сделать с моими детьми, но если я что-то не сделаю прямо сейчас, я их потеряю.

И я, зажмурившись, позволила всему пламени, что во мне было, хлынуть в самое мое сердце. Заполнить его до краев, когда я мысленно потянулась к Бену и закричала изо всех сил: «Ты нам нужен! Мы здесь!» — а потом отпуская и пропуская пламя дальше, дальше и дальше, сквозь все мое тело. Я не представляла, успеет ли Бен, но надеялась, что успеет, потому что то, что я собиралась сделать, было чистейшей воды самоубийством.

Замкнув пламя в себе, не позволяя ему вырваться на поверхность, я направила все его на блок в моем разуме. На сдерживающий меня приказ, и в первый миг боль была такая адская, что из глаз хлынули слезы. Но я не остановилась: я рушила его снова и снова, снова и снова, снова и снова, пока моя рука не взметнулась ввысь.

Кто-то за моей спиной заорал.

Я же шагнула вперед. На моих ладонях снова горело пламя, Эли-Эн вскинула руки, но не успела. Ее отшвырнуло в сторону огнем, всю ярость которого я обрушила на желающих навредить моим детям. Пламя, подчиняясь заданным мной контурам движения, накрыло всю лабораторию, отрезая Роа и Риа от мечущихся в панике фиянцев.

— Не бойтесь, — тихо, насколько могла тихо, сказала я своим малышам. — Все будет хорошо.

— Мам, ты горишь. Это нормально? — испуганно спросил сын.

Я перевела взгляд на стекло справа от меня.

Ну что я могла сказать: я действительно горела. Пламя полыхало не только над ладонями, оно текло по предплечьям, окутывало меня, как невесомое смертельно опасное покрывало, оно светилось в моих глазах и вплеталось искрами в волосы.

— Все хорошо, — повторила я. — Сейчас мы с вами просто выйдем отсюда, и все будет хорошо.

Я не знала, что будет со мной, потому что я больше не чувствовала тела, но я знала, что Бен скоро будет здесь. Спецслужбы скоро будут здесь. Вальцгарды, мергхандары, лучшие из лучших скоро будут здесь, а это значит, что мне просто надо вывести детей на поверхность.