Книга В горе и в радости, страница 9 – Юлия Резник

— Думаешь? А если суд потребует провести генетическую экспертизу?

Я внутренне напрягаюсь, но внешне и бровью не веду. И с честью выдерживаю направленный на меня немигающий взгляд.

— Тогда уж проще сличить отпечатки пальцев, — сощуриваюсь я, намекая на то, что, в отличие от результатов теста, отпечатки у близнецов все же разнятся.

— Интересный ты персонаж, Кахиани, — изучив меня, будто букашку, резюмирует тесть. — Думаешь, если базы подтер, то я не выведу тебя на чистую воду?

— Понятия не имею, куда вы клоните.

— А я расскажу… Хочешь сказочку, м-м-м?

— Разве у меня есть выбор?

— Конечно. Но тогда тебе придется рассказать свою версию.

Ага. Сейчас. Шнурки поглажу — и сразу.

— Я лучше послушаю вашу, — беспечно откидываюсь на спинку стула. Неудобно — жуть. Перекладина впивается в спину. Но раз такое дело — надо держать марку.

— Вот как? Ну ладно. Слушай. Жил-был король. Непростой король. Король преступного мира. И было у него два сына. Однояйцевые близнецы. — Тесть поднимает на меня холодный изучающий взгляд. — Да красавица-жена, — продолжает, глядя на меня исподлобья. — Только вот беда — официально жениться на ней не вызволяли понятия, а роль любовницы гордой девушке со временем надоела, и захотела она свободы. Делать нечего. Пришлось королю отпускать барышню. А вместе с ней и сына. Одного… Второй предпочел остаться с отцом.

Я молчу. Прекрасно понимая, к чему он клонит.

— Первый мальчик вырос в приличной семье, — продолжает тесть с ледяным спокойствием. — Поступил в университет, нашел работу, женился. А из второго сына король готовил себе преемника. Институтов мальчик не кончал, но с компьютером он дружил лучше, чем некоторые с людьми. К двадцати годам этот парень единолично отвечал за общак. Занимался легализацией, и даже инвестициями… Представляешь?

— Такой себе цифровой принц, — усмехаюсь я, подыгрывая.

— Вот именно. Но сказки, как ты знаешь, не всегда кончаются хорошо, — произносит он, подаваясь вперед. — Короля расстреляли, когда начался передел сфер влияния. А машину принца пустили под откос. Говорят, взрыв был такой силы, что даже опознать было нечего. Пришлось брать ДНК-образцы.

— Прискорбно, — не удерживаюсь я.

— Погоди… Это же еще не все, — поднимает тесть ладонь. — Самое интересное только начинается.

— Правда?

— Конечно. Я тут прикинул… А что если на месте наследного принца вдруг оказался его брат? Согласись, как-то все слишком гладко.

Тишина виснет густая, как патока. Он смотрит на меня, не мигая. Я улыбаюсь.

— Красивая история, — произношу наконец. — Вы бы в сценаристы пошли. Крутой сериал получился бы.

— Хочешь сказать, что моя версия — полная херня?

— Ну, первая ее часть, насколько я могу судить, близка к истине. А со второй, да. Вы сильно погорячились в погоне за очередным повышением.

— За повышением? — усмехается тесть. — Да нет, меня моя должность устраивает.

Его зубы хищно поблескивают. Знать бы, сука, что там за должность, да… Тут я знатно проебался. Вот кто бы мог подумать?

— Все, что меня в данном ключе волнует — моя дочь. И внучка. Если существует хоть малейший риск их безопасности…

— Никаких рисков, — вскидываю ладони. — Фантазия у вас, конечно, хорошая, но это только фантазия.

Взгляд тестя давит. Он сощуривается. И, наконец, резко кивает: