Книга Риск падения, страница 11 – Эбби Хименес

Я закашлялся от смеха.

Она смотрела в лёд в своём стакане.

— Я правда надеялась, что это будет последний переезд. За эти два года он уже пятый. Я даже не хочу вешать картины на стены. Не вижу в этом смысла.

Я посмотрел на наш вид с веранды.

— Понимаю. Когда всё кажется временным.

Совершенно другая ситуация, конечно, но я правда понимал. Мне тоже понадобилось время, чтобы начать вешать что-то на стены. А потом я понял — это моя жизнь, и пусть в ней будет что-то красивое перед глазами.

Я надул щёки.

— А я вот развёлся. Всё закончилось сегодня.

Она моргнула.

— Сегодня?

— Всё нормально, — сказал я, подняв руку. — Уже год прошёл. Я уже пережил это, так даже лучше. Хотя всё равно неприятно.

— Как долго вы были вместе? — спросила она.

— Три года. Два встречались, один были женаты. И почти всё это время она изменяла мне.

— Ай.

— Ага.

Шарлотта покачала головой.

— Я никогда не понимала людей, которые изменяют в отношениях.

— Хочешь услышать самое мерзкое?

— Да, конечно.

— Она изменяла мне со своим кузеном.

От удивления у неё даже рот открылся.

— Нееееет.

— Да. Познакомилась с ним через 23andMe¹¹.

— Она не…

— Клянусь богом, двоюродный брат. Когда я их застукал, они оба были в одинаковых фиолетовых футболках с семейного собрания, — сказал я сквозь соломинку.

— Да иди ты!

— Воссоединение семьи Пекер, 2023. С тем дятлом¹², ну, из мультфильма, прямо на груди.

Она не выдержала и расхохоталась.

— Прости, это не смешно…

— Нет, это чертовски смешно, — сказал я. — Тогда, конечно, не было. Но в ретроспективе? Я могу это оценить. Семейное сходство очень сильное. Они выглядят как родственники, что делает всё это ещё более пугающим.

Она умирала со смеху. Её смех заразил и меня.

Я никогда не смеялся над этим. Хотя определённо был в состоянии сделать это, ментально. В смысле, я уже пережил это. Но не возвращался к теме в новом, исцелённом состоянии ума, в котором находился сейчас. Это было своего рода освобождением — найти в этом юмор. Наконец-то.

— У них одна фамилия? — спросила она.

— Ага, — сказал я, щёлкнув языком.

— О, Сэт, — она закусила губу. — Ты после этого с кем-нибудь встречался?

— Нет. Я слишком боюсь. После инцеста сложно снова кому-то доверять.

Она хмыкнула.

— Прости. Тебе сегодня, видимо, нелегко.

Я пожал плечами.

— Вроде того. Я грущу, но не от того, что она ушла. То есть, сначала, конечно, грустил. Потом понял, что она не та, кем я её считал, что я жил во лжи, и на самом деле скучал по человеку, которого не существовало, если ты понимаешь, о чём я.

— Прекрасно понимаю.

— Теперь я просто тоскую по жизни, которой больше нет.

Она вздохнула.

— Я тоже.

— Мне не хватает человека, с которым можно было бы что-то делать. Для которого можно было бы что-то делать. Личные шутки.

— Сериалы, которые вы смотрели вместе, и теперь их нельзя смотреть друг без друга.

— Это моё любимое, — я сделал глоток кофе и поставил стакан на колено. — А теперь мне придётся задуматься о приложениях для знакомств.

Я поморщился.

— Приложения — это самое худшее.

— Честно говоря, я слишком интроверт. И вряд ли буду это делать.

— Может, ты встретишь кого-нибудь на работе?

Я наклонил голову, и посмотрел на неё.

— В моей сфере я общаюсь с непропорционально большим количеством мужчин. И деревьев. Много-много деревьев. Иногда кусты. Кустарники. Женщин не так уж и много.