Книга Риск падения, страница 14 – Эбби Хименес

— Ну, если тебе нужно чем-то заняться.

— Да, давай. Если только ты не хочешь сначала покрасить, — он посмотрел на меня.

— Я не собиралась. Нет смысла терять залог из-за пары недель с покрашенными в новый цвет стенами, если мне всё равно придётся съезжать.

Он положил руки на бедра и осмотрел мои голые стены.

— Давай договоримся, — он перевёл взгляд на меня. — Мы покрасим твои стены, а если ты уедешь, я перекрашу их обратно в белый цвет и зашпаклюю дыры, чтобы ты не потеряла залог.

Я взглянула на него.

— Зачем тебе это?

— Затем, что это место чертовски депрессивное.

Я фыркнула.

— Серьёзно, что ещё нам остаётся делать? Джон, наверное, сегодня все равно пойдёт в Home Depot. Он сможет купить все необходимое.

Я не ответила.

Сэт ласково посмотрел на меня.

— Послушай, я знаю, каково это — жить в таком месте. И понимаю, почему ты это делаешь. Но тогда создаётся ощущение, будто он победил.

Я выдохнула.

Он победил. Победил уже давно.

Сэт был прав. Думаю, если меня загнали в угол, этот угол должен быть хотя бы того цвета, который мне нравится.

— Ладно, — согласилась я. — Давай красить.

Сэт написал Джону, который действительно ехал в Home Depot. Мы передали ему образцы цветов, которые я хотела, — спустили в ведре. А потом ждали на нашем частном балконе, пили холодный кофе и ели хлопья, которые нашли у Сэта в квартире.

На этот раз я даже не взяла с собой медвежий спрей.

Мы болтали о персидских шелковицах — я сама завела разговор о них. С их нежными розовыми цветами, это были мои любимые деревья — и тут к навесу подъехал автобус дома престарелых «Калифорнийские маки».

Сэт удивлённо распахнул глаза.

— Чёрт...

— Что? — спросила я, глядя то на него, то на автобус. Дверь открылась, и из автобуса начали выходить пожилые дамы.

Он повернулся ко мне.

— Слушай, я заранее извиняюсь за всё, что ты сейчас услышишь.

— Кто они?

— Я веду у них уроки по бонсай в доме престарелых, — сказал он, вставая. — Они мной одержимы и у них язык без костей. Я не обижусь, если ты уйдёшь внутрь — на самом деле, тебе даже нужно пойти туда. Сейчас. Немедленно.

Я покачала головой.

— Ни за что.

Он уставился на меня.

— Что значит «ни за что»?

— Пожилые дамы с языками без костей? Нет, я не пойду внутрь.

— Пожалуйста.

— Нетушки.

Он поник.

— Ладно. Только не говори, что я не предупреждал тебя.

Мы подошли к краю настолько близко, насколько я могла себе позволить, и наблюдали, как дюжина седовласых старушек с тростями и ходунками медленно продвигаются к месту, где должна была находиться наша пропавшая лестница.

Прищурившись от солнца, их лидер заметила нас.

— Я вижу его! Поторопитесь, дамы, Боже, у нас времени в обрез. Сэт! Мы пришли, как только услышали!

— Привет, Агнес, — в его голосе слышалась лёгкая обречённость. — Что ты тут делаешь? Разве ты пропускаешь игру в бунко¹⁵?

— К черту бунко! Мы хотели прийти и поддержать тебя. Когда ты вчера не явился, мы подумали, что ты умер. Я сказала: сегодня завершился его бракоразводный процесс, в воскресенье, День святого Валентина — и он покончил с собой.

Я даже дар речи потеряла.

Сэт потёр лоб.

— Агнес, как видишь, я не покончил с собой. У меня всё в порядке. У нас просто была небольшая проблема со строительством. Я вернусь во вторник, чтобы помочь тебе с деревьями.