Книга Развод в 43. Не прощу и буду счастлива, страница 10 – Мира Спарк

В комнате повисает тишина.

В лице Максима — ни кровинки, но взгляд он не опускает.

— Расскажешь?

Сама стараюсь быть спокойной, но сердце уже пускается вскачь.

— Ты первая, — и не отводя взгляда кивает в сторону чемодана.

— Мне нужно быть в школе через пятнадцать минут, Максим…

Упрямо сжимает губы.

В этот момент он так сильно похож на отца, что сердце стискивает острой болью.

— Ты мне помог бы, если бы рассказал правду, — продолжаю я мягко, но сама слышу, как мой голос дрожит от волнения. — Если захочешь, все сказанное останется только между нами, но мне будет легче общаться с учителями.

Еще долю мгновения он раздумывает. Скользит взглядом по моему лицу, а я думаю о том, какой взрослый уже у меня сын.

Он же почти совсем мужчина!

— Я подрался.

Осторожно киваю — не хочу разрушить хрупкое доверие.

Молчит.

— Из-за чего, Максим?

Я просто не верю, что мой сын мог бы намеренно или со зла затеять драку.

Уверена, так думает каждая мать, но…

— Они достали ее.

— Кто?

Нервы напрягаются до предела.

Сегодняшний день точно будет стоить мне ни одного десятка седых волос и пары тройки новых морщин.

— Да козлы из школы. Старшеклассники из «Б».

У меня так много вопросов. Мне почти ничего не понятно, но я стараюсь себя сдержать и не торопить сына — пусть говорит, как ему удобно.

— Есть у нас девочка одна… — продолжает Максим, шумно сглотнув слюну. — Она… она, в общем, из небогатой семьи… — и тут же с пылом продолжает: — Но ты не подумай, она хорошая! Просто у них нет денег одеваться модно, телефон там классный купить и все такое… плюс она подрабатывает часто…

Его просто прорывает.

— А они цепляются к ней. Сначала это все шуточки такие были, мам. Подколочки… А потом стало все серьезнее… Они до слез ее довели. Толкали. Это ж как шакалы — чувствуют слабость и каждый раз хотят большего… И если не дать отпор…

Его сбивчивый рассказ рождает перед глазами яркую реалистичную картинку.

Не нужно много слов, чтобы поверить в нее — такое бывало и в моем детстве и, к сожалению, будет и после…

Горло сжимают рыдания из-за сочувствия и… гордости.

— Ну я и дал, — просто заканчивает он, сжав кулаки.

И напряжено смотрит на меня, ожидая реакции.

Резко подхожу к нему и обнимаю.

Чувствую под руками словно одеревеневшее, скованное тело.

— Ты поступил правильно, сынок. Правильно, — шепчу ему в волосы.

И проходит долгая секунда, прежде чем он отвечает крепкими объятиями.

Вера

Он отстраняется от меня и смотрит серьезно.

— Я так горжусь тобой, — негромко говорю я.

Мы смотрим друг другу в глаза и… это больше чем слова.

Взглядом я передаю ему поддержку. Повторяю то обещание, которое дают матери своим детям.

Любить. Верить. Защищать.

Несмотря ни на что.

— Я пойду схожу в школу…

Сама утираю тыльной стороной ладони выступившие слезы.

Расчувствовалась я.

Сегодня жизнь разделилась на «до» и «после», но и в такой момент Вселенная дает возможность ощутить не только боль и горечь.

— Хорошо, мама. Может быть мне пойти с тобой?

Улыбаюсь и качаю головой.

— Нет, сынок. Спасибо, — серьезно отвечаю я, потому что чувствую его искреннее стремление помочь. — Я справлюсь с ними сама.

Привожу себя в порядок и одеваюсь.

Не собираюсь выходить на улицу помятая и растрепанная.

Даже когда трудно, даже когда больно — лицо надо держать.