Книга Его неуловимая землянка, страница 71 – Татьяна Гончарова, Елена Сергеева

— Боялась, — повторил он мягко, почти ласково. — Волновалась и переживала. И это... приятно.

Я открыла рот, чтобы возразить, но он не дал. Просто наклонился и поцеловал меня — мягко, почти невесомо.

Горячие сухие губы скользнули по моим, замерли на секунду, и хард отстранился.

Я стояла, не в силах пошевелиться, чувствуя, как слабеют ноги.

— Точно всё в порядке? — спросила я севшим голосом.

— Червь уничтожен, — ответил он спокойно, будто речь шла о сущем пустяке. — Можешь проверить. А повреждения вылечишь ты. Я тебе доверяю, Мария, — его палец мягко и ласково очертил мое лицо.

Я выдохнула. Дрожь прошла по телу от облегчения. А ещё от его близости и таких волнующих прикосновений его пальцев. От всего сразу.

— Хорошо, — сказала я, пытаясь собрать мысли в кучу. — Тогда сейчас же проведем первый сеанс регенерации. Я все настроила. И ещё одно, — я поколебалась, но все же решила ему это озвучить.

Подняла на него глаза, набираясь смелости. Карион смотрел внимательно, но в глубине его зрачков притаилась неожиданная для меня нежность. Не стала вглядываться, чтобы не сбить настрой. И так он на меня просто невозможно влияет. А мне его лечить еще и дальше нужно бы сканером разочек пройтись внимательно.

— Что? — его бровь вопросительно изогнулась, пока я кусая губы, подбирала слова для своего требования.

— Никаких свиданий. Пока я тебя не вылечу, — выпалила я.

Карион замер. В багровых глазах мелькнуло удивление, быстро сменившееся опасным весельем.

— Это ультиматум? — медленно спросил он.

— Да, — кивнула я, хотя внутри всё трепетало. — Я серьёзно, Карион. Твоё здоровье сейчас важнее всего прочего. Поэтому никаких ресторанов, полетов, океанов и..

— Свиданий, — закончил за меня он, и в низком голосе зазвенела плохо скрываемая усмешка.

И глаза харда тоже буквально искрили весельем.

— Правильно я тебя понял? Ты запрещаешь мне приглашать себя на свидания, пока ты меня лечишь?

— Именно, — сдвинула я брови, пытаясь понять в чем подвох в его словах, а он явно был.

Потому что Карион помолчал еще секунду. А потом его губы медленно растянулись в явной, хищной усмешке.

— Хорошо, — легко согласился он. — Договорились. Никаких свиданий.

Я не поверила своим ушам. Сразу насторожилась.

— Что? — переспросила я недоверчиво.

— Я согласен, — повторил он, и его руки уверенно скользнули с диагностического стола мне на талию, притягивая ближе. — Пока ты меня не вылечишь, я не буду тебя никуда приглашать.

— Карион, — предупреждающе начала я.

Он не слушал. Горячие ладони сжали мою талию, пальцы легко пробежались по моим бокам возбуждающей лаской, отчётливо чувствующейся сквозь через тонкую ткань верса.

— Не буду приглашать, — хрипло повторил он. — Здесь ведь есть очень удобные кровати, Мария, — он кивнул в сторону палаты, где стояла широкая медицинская кушетка, и в багровых глазах зажглись откровенно голодные искры. — И я не против провести с тобой в этой палате весь день.

У меня перехватило дыхание, а внизу живота сладко и тягуче сжалось.

— Но я... несерьёзно. Ты должен проходить лечение. И процедуры...

— Процедуры можно совмещать, — властно оборвал меня он, наклоняясь к самому моему уху, горяча кожу своим обжигающим дыханием. — Мы будем делать перерывы…

— Никаких перерывов! — возмутилась я, пытаясь высвободиться, но его руки держали крепко, надёжно, не давая ни шанса освободиться.