Онлайн книга «Опасный пациент»
|
Когда его выписали, он начал подкатывать ко мне сначала с цветами в знак благодарности за уход, потом с предложением проводить или отужинать с ним. Он сразу стал мне неприятен. Старше меня намного, слишком похотливые взгляды, пошлые шуточки, сальные руки. Я пыталась вежливо отшить его, но он не понимал. Стал поджидать меня у дома, звонил по ночам, как гребаный маньяк. А потом в отделении умер пациент, которого я готовила к операции. Вообще его должен был готовить анестезиолог, но он дал мне распоряжение и ушёл курить. Операция даже не началась, а пациент умер… Так, конечно, бывает, это жизнь, но… Началась проверка, и, чтобы прикрыть свой зад, анестезиолог свалил всё на меня, мол, это я перепутал препараты и дозировки. Я чуть с ума не сошла со страха. Сын пациента был какой-то важной шишкой и устроил в больнице армагеддон. Мне грозил реальный срок, и ничего доказать я не могла. И вот тут опять появился Авдеев. Он обещал помочь, был очень обходителен и заботлив. Я тогда так растерялась и потерялась от того, что хоть кто-то хочет мне помочь… И правда помог, доказал виновность анестезиолога, но мне за закрытыми дверями намекнул, что совершил ради меня должностное преступление и мы повязаны, и если сейчас откажу ему, то… Я так испугалась тогда, а он опять заботливый и обходительный. И постоянно говорил, что такие девушки, как я, всегда должны иметь таких покровителей, как он, чтобы не потеряться, и не в любовницы он меня хочет, а в законные жены. В общем, так я оказалась женой Авдеева. От страха, наверное, от глупости, от растерянности. Сейчас я, конечно, думаю, что лучше бы я отсидела и уже вышла. И поначалу Авдеев был другим, многое мне давал, но и столько же запрещал. Мало того что он давил на мою вину, он ещё манипулировал тем, что ради меня нарушил закон, и мы теперь в связке. Через года три нашего брака он начал открывать истинное лицо. Это стало невыносимо… Но как уйти от человека, который держит тебя и контролирует каждый твой шаг? А если я вдруг становлюсь плохой женой… меня сразу воспитывают силой. В двадцать четыре я сбежала от него, мне уже было плевать на свою судьбу, была только цель убежать. Убежала, но недалеко… — Эва замолкает и шумно сглатывает, прикрывая глаза. — Когда на тебя напали в подъезде отморозки, это были не они… — холодно спрашиваю я, в принципе уже давно зная ответ. — Да… — судорожно выдыхает Эва. — Он сказал, что ему дешевле меня убить, чем отпустить такую неблагодарную тварь. А мне парадоксально хотелось жить. — Всё, Эва, хватит! — уже рычу я. Хватаю её в охапку и прижимаю к себе, укладываю на грудь. — А потом в клинику, где я работала, привезли пациента с ранением, — шепчет она уже обо мне. Ладно, обо мне пусть говорит. Зарываюсь в её волосы, массируя голову. — И он тоже такой же настойчивый и давящий, и тоже пугает. Но спасибо ему, что он появился в моей жизни и показал что не такой и держать силой не будет, — судорожно выдыхает, накрывая ладонью моё беспокойное сердце. А он, то есть я, очень хочет удержать ее… Глава 35 Владислав — Камера? — Запись ведётся только в дневной период, — отвечает Муратов. Я не склонен ему доверять, этот мент хоть и прикормлен нами, но может играть в свою игру. Слишком умён и пронырлив, в отличие от Авдеева. Что, в принципе, и привело муратова в это кресло. Мы держим его за яйца компроматом, что не мешает ему делать то же самое. При личных встречах мы друг другу улыбаемся и жмём руки. Но это пока обеим сторонам выгодно. Как только баланс сместится, начнётся война. Это сложная партия, все ходы которой рассчитаны не до конца. Но мы давно её ведём на взаимовыгодных условиях. |