Книга Мимо открытых окон, страница 177 – Брин Гринвуд

Я была полностью поглощена этими мыслями, пока в день вечеринки шла по улице от автобусной остановки. Перед домом вдоль тротуара теснился десяток машин, и каждая символизировала незнакомца, с которым мне придется общаться.

Когда я открыла внешнюю дверь и шагнула внутрь, гул голосов был уже достаточно громким, чтобы мне захотелось сбежать. Поверх шума, однако, слышался смех Синтии, и я не могла обидеть ее.

Я выглянула из-за двери, чтобы спланировать свое появление. Подносы с закусками, которые я подготовила утром и убрала в холодильник, были расставлены на кофейном столике и уже наполовину опустели. В гостиную набилось около двадцати человек, заняв диван и дюжину складных стульев, позаимствованных у соседей. Я узнала нескольких соседей плюс Оуэна, его жену и их двоих детей. Остальные были мне незнакомы.

— С днем рождения! – воскликнула я, подошла прямо к креслу Синтии и наклонилась обнять ее с закрытыми глазами, чтобы не думать о толпе чужаков, глазеющих на меня.

— Спасибо, милая.

— Пойду переоденусь. – Я выпрямилась и повернулась к кухне, надеясь выиграть несколько минут тишины, чтобы успокоить нервы.

Позади меня грянул смех.

— Ой, она его не узнала! – воскликнула миссис Альварес из дома напротив. – Ну и дела.

— Люси, разве ты не узнаешь своего друга? – спросила Синтия. – Из колледжа, да? Вы вместе учились в Канзасском университете.

Я обернулась к ней и посмотрела на сидящих рядом людей.

— Да, но это было давно, – сказал, вставая, сидевший справа от нее мужчина.

Время как будто замедлилось, и я оцепенела. Тело не понимало, что делать: бить или бежать.

Бернест, которого я знала в лесном доме, был стриженным под бокс и гладко выбритым блондином. Он носил исключительно джинсы и клетчатую рубашку.

У этого Бернеста были дорогая стрижка и светлые усы, напомаженные и с загнутыми кончиками. Из-под пиджака безупречно пошитого костюма красно-коричневого цвета виднелся расшитый жилет. Лавандовая рубашка была расстегнута у горла, оттеняя загар.

Я бросилась в кухню.

Следовало сбежать через входную дверь, но животный инстинкт побуждал меня спрятаться. За кухней находился коридор, ведущий к спальням, и я надеялась запереться в своей комнате.

— Люси! – крикнула мне вслед Синтия.

— Ничего страшного, – сказал Бернест. Он был у меня за спиной, преследовал меня. Я кинулась к задней двери, но он зажал меня между стеллажами кладовки и стиральной машиной с сушилкой.

Я ждала, что он схватит меня, как тогда, когда нашел меня в лесу, но он и не собирался. Бернест был выше и плотнее, чем я помнила: достаточно крупный, чтобы удерживать меня там, где ему хотелось.

— Беатрис, это я. Извини. Надо было сбрить усы.

— Нет. Нет. Не может…

— Я пришел не для того, чтобы навредить тебе. Я бы никогда тебя не обидел. Не бойся.

Мне хотелось заорать, но я едва дышала, к тому же крик мог подвергнуть опасности других людей. «Дерринджер», который дала мне Синтия, лежал в тумбочке, слишком далеко отсюда.

— Смотри. – Он расстегнул пуговицы на пиджаке и распахнул его. – Я ничего не прячу.

Он взял мою руку и положил себе на грудь. Прижимая своей ладонью, переместил ее вниз к левому боку, потом к правому. Я напряглась, когда он провел моей рукой по своей талии, а потом завел за спину. Под пиджаком он весь источал жар, а поясница была влажной от пота.