Книга Поцелуй на три счета, страница 2 – Женя Май

— Номер «Шестнадцать» - Кирилл Буйков, - режет ухо голос комментатора, Кирилл кривится и ещё выше задирает подбородок. Никто, даже этот «ш-ш», не испортит его очередной триумф.

Трибуны усыпаны плакатами «Тигры – чемпионы» и флагами жёлто-чёрного цвета, как футболки игроков. Со стороны соперника тоже орут, только не от радости. Скорее для поддержки. А некоторые даже от злости. Но их можно понять, их команда - полная лузеров.

Буйков ловит аплодисменты, счастливые взгляды. Улыбки. Видит малиновый платок в руках матери. Она в очередной раз крестится. Кирилл уже не обращает внимания. Привык.

Рядом с ней отец. Просто кивает. Кого уж точно не прошибёт никакое землетрясение, так это его. Ни одной лишней эмоции, будто его лицо натянуто, как баннерное полотно, после триллионной пластики.

Сзади радуется команда, капитан кричит: «Молодец!».

Звучит свисток.

В раздевалке пацаны скалятся. Но помалкивают. А что они скажут ему? Лучшему игроку? Вернее так – единственному настоящему футболисту в этой команде. Да можно заменить половину состава. Буйков бы так и сделал. Хотя. Какая разница. Разве поможет?

— Кир, - обращается к нему капитан. – Почему Риге не спасовал? Он был открытым, - Андрей старается говорить ровно, хотя в глазах раздражение. Но у него кишка тонка идти напролом.

— В следующий раз так и сделаю, - заливает Буйков. Ну а смысл объяснять очевидное?

Кирилл понимает, что капитан топит за друга. Ригу могут не взять на следующую игру, это ведь его первый серьёзный матч. Просто тренер сменил схему, вот ему и подфартило. А тот боится снова отправиться на скамью запасных. Но Буйков тут причём? Пусть выкладывается. Сам.

Появляется тренер, поздравляет всех. Чуть ли не прыгает от счастья. Даже усы трясутся. Его так и прозвали из-за них – Печкин.

— Не расслабляемся, - говорит он. – Ещё второй тайм.

Кирилл выходит на поле, но будто попадает в другую реальность. Солнце прячется за облаками, небо тяжелеет. Вроде май, а ветер холодный, как осенью.

Мяч идёт по кругу. Скучно. Предсказуемо. Пас налево, пас направо. Все будто играют по учебнику.

Буйков стоит в центре. Смотрит, как защитник соперника перекладывает вес с ноги на ногу. Нервничает. Ещё бы. Три - ноль. Им бы отыграться, а они мысленно в раздевалке душ принимают.

Кирилл делает рывок. Просто так, чтобы размяться. Защитник дёргается, спотыкается о собственную ногу и рушится на газон. Даже смешно.

— Буйков! – кто-то орёт с фланга, когда Кирилл забирает мяч у соперника.

Это Рига. Открытый, как ворота гаража. Можно пасануть. Кирилл видит всё: угол, траекторию, даже защитника соперника, смещающегося к Риге, чтобы перехватить. Ха.

Буйков ведёт мяч сам. Лениво так, вразвалочку. Перебирает ногами, меняет направление.

Вратарь выходит из ворот, идёт на него с распахнутыми руками, как будто хочет обнять. Или удушить. Дурак. Кирилл даже не бьёт. Он катит мяч мимо него в пустые ворота.

Четвёртый гол.

Уже не кричат «Буйков», а орут сплошным воем. Кирилл поднимает голову, находит мамин платок, кивает. Подмигивает какой-то рыжей девчонке. Она чуть ли не падает в обморок от счастья.

Тренер машет руками, что-то втолковывая защитникам.

Свисток. Конец матча. Четыре – ноль. Буйков даже не вспотел.

Вокруг него собирается команда, вратарь бросает ему мяч. Народ срывается с трибун, перемахивает через ограждение, бежит по газону. Все поздравляют.