Книга Крик потревоженной тишины. Книга 1, страница 141 – Матвей Дубравин

Вот только где бы взять свечу или газовый фонарик? При себе у неё ничего такого не имелось, а искать в избе было очень опасно: Гарп мог, как ей казалось, настичь её в любую минуту. Вздохнув, она подняла с пола замок и ключ – и бросила их на дно погреба. Теперь Гарп лишится хотя бы одной подсказки. Да и темнота тоже на стороне Линвы. Она аккуратно начала спускаться по лестнице. Спустившись на глубину собственного роста, она закрыла крышку люка, готовая погрузиться в полную темноту. Зрение – самый верный помощник – будет бесполезно. Только остальные органы чувств останутся с ней, чтобы помогать. Но как же трудно будет спускаться на ощупь. Утешало одно: Ахель не мог в одиночку сделать очень уж большую яму.

Но когда крышка люка плотно прижалась к полу с лёгким звяканьем, Линва не оказалась в полной темноте – откуда-то сочился очень слабый серенький свет.

«Пусть глаза привыкнут, – подумала Линва, – а потом я продолжу спуск». Она оказалась в рискованном положении: в почти полной темноте, в погребе избы, когда любой шум мог её выдать. Скоро она уже могла едва различить свои руки, которыми держалась за перекладины. Посмотрев вниз, она хотела увидеть и ноги, но дальше пояса не могла ничего разобрать. Решив, что большего от слабого света она уже не дождётся, Линва ощупью продолжила спуск. Оказалось, что всего две ступеньки отделяли её от земли. Встав на твёрдую почву, она ощутила себя увереннее. Теперь она могла понять, что источник света находится с какой-то одной стороны: он отбрасывал на стену слабую тень.

Обернувшись, она увидела тоннель, из которого и струилось лёгкое свечение. Оно было таким тусклым, что не позволяло увидеть ничего, кроме земли. Получалось, что из подвала куда-то ведёт самый настоящий подземный ход. Когда же Ахель успел его вырыть? Не такой уж он был и сильный, чтобы столько копать. И куда он девал землю? Задаваясь этими вопросами, Линва медленно, ощупывая одной рукой стену, пошла вперёд.

«А вдруг там, в конце, есть что-то специально для меня? Нет, не смей и мечтать, дурочка!» По мере того как она продвигалась вперёд, свет усиливался, и теперь она видела на несколько метров вперёд. Тоннель шёл не ровно, а под углом вниз. Линва шла довольно долго и могла только гадать, сколько метров земли отделяют её от солнечного света. Этот свет был какой-то другой, словно искусственный.

Но вот тоннель привёл её в огромный зал с земляными сводами в форме полусферы.

— Да такое и бригаде рабочих сделать не под силу! Им бы год понадобился! А Ахель… Нет, я не верю, что это он.

В центре зала находился источник загадочного света: светилось озеро, выдавая своих причудливых обитателей: их тела на мгновение закрывали свет, в потом словно растворялись в его монотонном потоке. Оставалась лишь мелкая рябь.

Разум Линвы отличался от разума благополучного жителя города. Это различие ни в коем случае нельзя связывать с генетикой – она у всех одинакова, за исключением индивидуальных особенностей каждого. Нет, такая разница была вызвана образом жизни: сельские жители мыслят линейно. Они ставят конкретные задачи, связанные с ремеслом, и выполняют их. Жители города, занимающиеся интеллектуальной деятельностью, тренируют логику и способны при случае мыслить быстрее и рациональнее. Они менее подвержены эмоциям, ведь жители города прекрасно знают: эмоциональная вспышка может сгубить и выгодное дело, и всю карьеру. А перед жителями селения таких проблем не стояло. Впрочем, эмоции – дело очень индивидуальное, и некоторые сельские жители могут по степени спокойствия далеко оставить позади своих городских собратьев.