Книга Крик потревоженной тишины. Книга 1, страница 223 – Матвей Дубравин

— Элфор не врёт, я уверен, – прошептал он. – Но мой помощник не может знать всей правды. Надеяться на эту группу из трёх человек не стоит, это точно. Но я хочу, чтобы они добрались до этого противного селения. И я это обеспечу. Сын мэра – прекрасная кандидатура на роль пешки. Какой же он наивный, этот Дикон! Закон создал его таким наивным, только чтобы я смог на него воздействовать. А что до этого юриста? Или до биолога? О, я уверен, что хоть кто-то из них что-нибудь да напишет какому-то крупному лицу. Как минимум для хвастовства. А если они не хвастаются? А если они и правда идут на охоту за существами?! Тогда они точно что-то напишут. А я найду любое их письмо, хоть бы сама ночь спрятала эти листы! И когда я найду их и прочитаю, а я непременно их прочитаю, то разоблачу их гнусные замыслы! И они будут первые, кто ощутит мою злость! Город! Наш чудесный город! Столица! Я спасу тебя от любого зла. Будь спокойна, пока ты со мной!

С этими словами он поднял над головой кувшин и наклонил его, вытянув руки немного вперёд. Струя воды потекла вниз – с высокой крыши на мостовую. Пролетев больше сотни метров, струя распалась на множество брызг и покрыла изрядную часть городской площади.

Наступала ночь.

Ахель измученно опустился в кресло. Его осматривали очень тщательно, ведь и плата за посещение была весьма высока. Доктор был давно знаком с Ахелем и примерно знал, как тот себя чувствует, когда здоров. Уже с первого взгляда стало ясно, что что-то не так.

— Ну что же, – сказал доктор, – теперь мне ясно, что вы, Ахель, пренебрегли гигиеной и обзавелись сердечным паразитом.

Ахель умолчал, что дело не в гигиене.

— Такие вообще бывают? – удивлённо спросил он.

— Редко, – ответил доктор. – Чаще всего они селятся в желудке, кишечнике или под кожей. Однако Закон создал правила, по которым смогли развиться самые разные твари. Некоторые селятся в печени, а некоторые даже в мозге. Они – самые опасные.

— Наверно, это очень больно, – решил Ахель.

— Вообще не больно. В мозге нет ни одного нерва. Природа их там не разместила, потому что они не нужны в голове. Нервами мы общаемся с окружающим миром, а внутри нас какое общение-то? В большинстве органов нервов нет. В сердце с этим тоже туго, но всё-таки отдельные моменты можно почувствовать.

— Я чувствую в сердце всё, – невозмутимо сказал Ахель.

— Тогда вы бы умерли от болевого шока в первый же день, – заметил доктор. – Так что не надо преувеличивать: здесь не поэтический кружок. Думаю, вам было бы куда интереснее не слушать мои лекции, а узнать о лечении.

— Да, разумеется. Я просто слишком сильно переживаю по этому поводу и поэтому боюсь задать вопрос, – сказал Ахель.

— Понимаю, – кивнул врач. – Так вот, существует только два способа лечения. Один из них проще. Нужно пропить курс таблеток, которые немного изменят химический состав крови так, что паразит не сможет жить в сердце и погибнет. Второй вариант – сделать операцию и вытащить его хирургически.

Ахель задумался. Паразит мог оказаться живым доказательством того, что существа не выдумка. Но действительно ли этот паразит мог кого-то убедить?

— Это какой-то неизвестный паразит? – спросил Ахель.

— Ещё как известный, – ответил доктор. – Можете не сомневаться. Я при желании даже скажу, как этот вид называется. Я просто лично не имел дело с ним, но, конечно, слышал и читал.