Книга Как закалялся дуб, страница 142 – Борис Конофальский

Она не знала, что всё кончится для пуделя благополучно, хотя он и переживёт несколько неприятных минут.

Буратино скептически осмотрел собаку и даже ткнул дрожащее животное пальцем. После чего спросил:

— Всё прошло нормально?

— Нормально, — отвечал Чеснок, — Серджо был молодцом, успокоил дамочку, даже не пискнула.

— Вы её там случайно не помяли? — озабоченно продолжал Буратино.

— Не-а, — ухмыльнулся Рокко, — хотя я бы такую фифочку немножко помял.

Пудель жалобно тявкнул, пытаясь привлечь к себе внимание, и привлёк на свою шею.

— Молчи, кошка, — сурово произнёс Чеснок, пнув собаку. — Какая же мерзкая.

— Смотрите, чтобы не сбежала, — сказал Буратино. — Фернандо, назначаю тебя ответственным.

— Уж не волнуйтесь, синьор Буратино. У меня не сбежит.

— Это понятно, только ты не поломай ей кости.

А день пошёл своим чередом. И вскоре пришёл Джеронимо и рассказал всё, что знал о Пепе Альваресе и Дино Кальяри. Он подтвердил всё, что говорил Пепе, и даже добавил ещё кое-что:

— А на баркасы и товар Дино взял деньги у Томазо. Об этом на мысе говорят. А ещё говорят, что они с Томазо в равных долях в этом деле.

— Понятно, — произнёс Буратино, — почему Томазо ходил и запугивал Пепе, когда тот пообещал убить Дино.

— Я этого не знал, — удивился Джеронимо.

— Вот и дальше не знай, — произнёс Рокко.

— Ладно, а ещё, парни, — тут Джеронимо сделал долгую паузу, видимо, собираясь с духом. — В общем, вас хотят убить.

— Да иди ты? — притворно удивился Чеснок и усмехнулся. — Какая неприятная новость.

— Ты зря скалишься, я серьёзно, — мрачно произнёс Джеронимо. — В общем, пацаны, вы на меня не обижайтесь, но я больше не смогу вам помогать.

— Во как! — весело воскликнул Чеснок. — А чего? Или у тебя дела какие появились?

— Нет у меня никаких дел. Мне просто посоветовали с вами не ошиваться.

— Кто? — спросил Буратино.

— Неважно, посоветовали и всё.

— Видать, хорошие у тебя советчики, раз ты их так слушаешь.

— Хорошие, — буркнул Джеронимо, — попробуй их не послушай.

— Сами знаете, — отвечал тот, — не зря же вы меня просили всё выяснить.

— Значит, Камбала? — продолжал Рокко.

— Сами знаете, — упрямствовал парень.

— Ну что ж, — произнёс Буратино, — спасибо и на этом.

— И давай, вали отсюда, — добавил Чеснок.

Джеронимо встал, и его кулаки сжались.

— Я, между прочим, рисковал, когда шёл сюда. Меня ведь предупреждали, чтобы я к вам не ходил. А я пошёл, чтобы свои обязательства выполнить.

— Я вижу, ты сильно боишься Томазо? — напрямик спросил Буратино.

— Боюсь, — не побоялся признаться Джеронимо.

— Ладно, не обижайся, — успокоил его Пиноккио. — Рокко просто немножко грубоват, иди. А за нас не волнуйся, мы решим свои проблемы.

— Удачи, — сказал Джеронимо и ушёл.

— Удачи, — зло передразнил его Рокко, — менжовка хренов, баба. А, ну, кто ещё боится? — Рокко осмотрел всех присутствующих. — Ты, Лука?

— Боюсь, — произнёс тот.

— А чего не уходишь?

— Так не меня же мочить будут, — чистосердечно признался Крючок.

— Логично, — согласился Рокко, — а вы, ребята-акробаты? — спросил он у братцев.

— Мы не-а, — ответил старший.

— Точно не боитесь? — не отставал Чеснок.

— Не-а.

— Молодцы, вот молодцы-то, — от души порадовался Рокко, чем немало польстил братьям, которые считали Чеснока очень храбрым человеком. — Ну, а нам с Буратино бояться по чину не положено.