Книга Гроза пустошей, страница 68 – Жанна Пояркова

Хайки же после слов телепатки успокоилась, расслабилась и свернулась калачиком в машине, будто всегда знала, что так дела и обстоят. Удивительно, что она до сих пор продержалась на ногах. Мы с Джеком отдали канистру с водой старикам, и на том мой запас доброты исчерпался. К удаче Тиды на другой стороне башни осталась машина военных, на которой старики тут же унеслись в раскаленный горизонт по направлению к Балху.

Я и «мастер дзен» поднялись на башню, где не обнаружили ничего кроме двух слепых и определенно мертвых снайперов с растерзанными лицами.

Ястреба Джека передернуло. Он сцепил руки под подбородком и пробормотал что-то, похожее на отходную молитву. Какой мощью нужно обладать, чтобы подчинить себе несколько чужих, отдельных сознаний, не похожих на человеческое?

— Я должен был спасти твою жизнь, но даже не подозревал, что она обойдется в такое количество трупов, – он покачал головой. – Как отвратительно использовать живых существ для таких целей…

— Это обычный день в пустошах, мужик. Привыкай. Если бы не вы, Кира Лестрейд давно посадила бы меня в камеру и разделала, чтобы узнать, как искажения влияют на людей. Раньше ученые Новой Сативы специально выезжали собирать мутантов для исследований, пока народ не понял, что мутанты что-то обратно не возвращаются. Так что я бы тут лирику не разводил. Ты поступил верно.

Щупальца взметнулись вверх, словно соглашаясь.

Под неослабевающей яростью пустынного солнца мы медленно выехали из Пальца, направляясь дальше на запад, вдоль границы искажения. Я хотел использовать сканер, чтобы не опростоволоситься и не отрастить что-нибудь еще, но то ли мы, то ли кусок живого города создавали такой уровень сигнала, что сканер лишь беспомощно рисовал критические кривые. Щупальца я оставил – сожженные трупы не создавали нужного настроения для ампутаций. Можете назвать меня суеверным, я не обижусь. В опасном и полном неожиданностей мире нужно придерживаться внутреннего чувства гармонии, и мое сообщало, что с расчленением стоит подождать. За время поездки щупальца научились изменять цвет своих пятен и мешали ехать, дергая меня за бороду.

Хайки ехала рядом, раненая рука девчонки осторожно лежала на коленях. Я ни разу не видел, чтобы пиро ныла или просила о помощи, но пулевое ранение – это не шутки. Она спала, накачавшись обезболивающим и кое-как скрючив тело на сиденьи. Ястреб Джек вел мотоцикл механиндзя чуть позади и пытался на ходу курить. Ящерица носилась вокруг нас, периодически запрыгивая на машину, отчего крыша прогибалась все сильнее и сильнее. Неугомонное существо не удовлетворилось несколькими банками бобов, которые я ей скормил.

Через пару часов молчания, в течение которых я плавно переключился в лишенный лишних мыслей режим путешественника, мы добрались до пересохшего русла реки, заросшего тамариксом. Мертвые реки разрезали сухую почву во всех районах пустошей, словно свидетели былого великолепия, хотя весной эти тусклые земли наполняются красотой. Пиро пошевелилась. Вид у нее был умиротворенный и тихий, какого в бодрствующем состоянии я не замечал. Светлые волосы падали на лицо.

Кража у Рё далеко не первая миссия, на которую я подрядил Хайки, но тогда она была совсем девчонкой. Я давал ей мелкие поручения – отвлечь внимание, подпалить склад, разобраться с небольшим отрядом. Пиро натворила громких дел и без меня, но что касается наших совместных историй, то они заканчивались быстро, едва успев начаться. Сейчас же мы находились вместе так долго, что я начал привыкать к ее выкрутасам и немного беспокоился. Считайте это отцовским инстинктом.