Книга Стражи восемнадцати районов, страница 10 – Антонина Крейн

— Чтобы убедиться, что магии не существует, – протянул я.

Рыбкин вытаращился на меня, потом шлепнул рукой по лбу и наконец рассмеялся:

— Какая ирония.

Да уж. Иначе и не скажешь.

Мокрые волосы, казалось, вот-вот зашевелятся на затылке – что за безумие происходит в моей жизни? Я прикрыл глаза и попробовал подышать «квадратом», чтобы успокоиться.

О’кей, признаюсь. В ду́ше я не только пытался оттереть число 29, но еще и профилактически бился головой о кафельную плитку и рычал. Магия все-таки существует. Существует. Существует.

Два месяца я старательно убеждал себя в обратном. Условно говоря, смотрел на черную стену и доказывал себе, что она белая – ведь такой ее видят остальные. А теперь мне сказали: «Нет, дружок: ты в порядке, ведь она все-таки черная». Я в замешательстве. Мои чувства словно перемололи в блендере. Явно потребуется время, чтобы принять новые правила игры.

С другой стороны, приятно иметь хоть какую-то определенность: итак, я не псих.

Я поелозил на подушках, прежде чем задать следующий вопрос:

— Феликс… Ты ведь не художник, да?

— Я и не говорил тебе, что я – он, – Рыбкин подмигнул. – Это была твоя идея, и я просто не стал тебя поправлять. Потому что не представляю себе человека, который позитивно среагирует на заявление «Привет, я колдун!» от парня, которого видит впервые в жизни.

— Итак, ты колдун.

— Да.

— Значит, говорить это тому, кого видишь… м-м-м… – я прикинул, сколько дней живу в доме у Львиного моста, – шестой раз в жизни – это уже нормально?

— Будь моя воля, я бы еще месяц молчал, но ты же сам притащил проклятую заразу, – он посмотрел на меня с укором. – Как говорится, поздно, Клава, пить боржоми, когда почки отвалились.

— Клава в этой метафоре ты, как я понимаю.

— Ага. Приятно познакомиться, – иронично закончил он.

Я взял с журнального столика чашку горячего кофе и крепко обхватил ее, чтобы согреть ладони.

— Колдун – это должность? Или просто характеристика?

— Какие точные вопросы ты задаешь, – синие глаза Рыбкина проказливо блеснули. – Колдуны – это все, кто умеет применять магию. А вот профессий и должностей в магическом обществе, конечно, великое множество. Что касается меня, то я – один из стражей на службе Ордена Небесных Чертогов. Под моей защитой находятся Адмиралтейский и Василеостровский районы Санкт-Петербурга, а также некоторые другие территории.

— Что это значит?..

— Ну смотри. – Феликс явно задумался, как объяснить попроще. – Главная задача Ордена – защищать людей от магических угроз. Соответственно, те из нас, кто работает стражами, в первую очередь занимаются этим на своих территориях. Большую часть времени мы сражаемся с проклятыми сущностямии всевозможной нечистью, разрешаем конфликтные ситуации с участием магических рас и, конечно, раскрываем преступления. Орденом управляет Совет Небожителей, состоящий из двадцати четырех ангелов и архангелов – тех, чьи скульптуры установлены на Исаакиевском соборе. Главный среди них – архангел Михаил, но мы чаще контактируем с Гавриилом.

В моей голове было так много вопросов, что я не знал, какой следует задать первым.

Орден Небесных Чертогов? Архангелы? Стражи? Некие проклятые сущности,которых Феликс старательно выделяет интонацией?

Я ошарашенно смотрел на Рыбкина. А он в ответ улыбался так тепло, что, казалось, даже частицы пыли вокруг него замедляли кружение, пораженные этим зрелищем. Мне стало не по себе от его великолепия.