Книга Стражи восемнадцати районов, страница 79 – Антонина Крейн

Рыбка-татуировка Феликса содрогнулась при воспоминании о неприятном опыте.

Когда Клугге заметил Феликса, тот уже был на последнем издыхании. Молчаливый колдун схватил рыбку в кулак и снова бросился к окну. На сей раз оно, уже лишенное штор, попрощалось еще и со стеклами – Клугге просто выбил их брошенным вперед теневым клинком, после чего… выпрыгнул наружу.

Потому что успел прикинуть, что бежать до общей ванной комнаты будет дольше, чем до пруда во внутреннем дворике резиденции. А то, что они жили на втором этаже – мелочь. Клугге умел группироваться.

— Но я в момент его прыжка был просто в ужасе, – признался Феликс. – Потому что ясно представил, что случится, если при приземлении он рефлекторно сожмет кулак.

Успешно добежав до пруда, Клугге все так же безмолвно швырнул туда Феликса. Однако почти сразу зашевелившаяся золотая рыбка не дала понять, что все отлично, и не замахала обрадованно хвостиком… С выпученными глазами она стала биться о каменный бортик, словно умоляя забрать ее.

— Клугге подумал, что я так прошу его вернуться и спасти креветок, – с траурной физиономией доложил Феликс. – Но на самом деле снова спасать надо быломеня.

— В том пруду жила хищная рыба – астронотус, – со смешком объяснила Инга. – Многие профессора Академии хотя бы раз шутливо обещали скормить ему Феликса, если тот не будет вовремя сдавать домашки… Поразительно, что мой братишка ни разу не обратил внимания на эти слова.

Итак, астронотус уже приближался, черными плавниками рассекая темную воду. Феликс паниковал и бился головой о камни, выдавая SOS морзянкой. Клугге морально готовился забираться по плющу на второй этаж и спасать креветок.

— Я реально думал, что это конец, – признался Рыбкин. – Но тут у Клугге сработала интуиция – он оглянулся. И как раз вовремя: увидел, как астронотус распахивает пасть…

— RIP астронотус, – Инга, веселясь, приподняла бокал с лимонадом из ежевики. – Братишка метнул в него теневой гарпун.

— А еще RIP мои креветки, – вздохнул Феликс. – Потому что Клугге не решился уходить после этого. Так на всякий случай и сидел на бортике пруда до зари, пока я не вернул себе способность к превращению.

— И что ты сделал тогда? – Захваченный историей, я даже забыл про сползающий парик, и Феликс резко поправил его у меня на макушке, после чего хмыкнул.

— Обернулся в человека, гневно пнул Клугге в тот же самый пруд и, пока он там барахтался, побежал в нашу комнату – одеваться и ликвидировать последствия катастрофы. Но по дороге меня поймал ангел-смотритель и, кхм, остался в некотором недоумении оттого, что я голым и мокрым бегаю на рассвете по коридорам.

— В итоге их обоих наказали! – с лучистой улыбкой доложила Инга. – Принудили в течение двух недель после занятий уходить в крипту и там до полуночи переписывать Апокалипсис. И вот пока они это делали, а я, верная сестра и слишком любопытная однокурсница, приносила им еду, мы все вроде как подружились.

— Это было здорово, – кивнул Феликс. – Сошедшись с вами, я наконец-то перестал быть изгоем.

— Как и мы с Клугге! – горячо поддержала Инга. – Ну а сила нашего общего обаяния оказалась так велика, что постепенно – всего-то годика через полтора – мы смогли убедить и остальных, что с нами можно иметь дело.

Я недоверчиво вскинул брови: