Книга Игра в невидимку, страница 110 – Альва Морис

Однако прокурор легко отбила:

— Свидетель также имеет квалификацию профайлера и компетентен давать подобные оценки. – На миг мне показалось, что за губами миссис Спаркс виднеются сразу три ряда зубов.

— Отклонено.

«Готовься, сукин сын».

— В криминологии есть такое понятие, как «Триада Макдональда», – начал я, пригвоздив взглядом этого скользкого ужа́ в тесном костюме. – Простыми словами, экспериментально установлено, что наличие таких симптомов, как зоосадизм, пиромания ^[24] и энурез ^[25], в детстве связано со склонностью человека к насилию в будущем. Наш обвиняемый обладает всеми тремя.

У́ж пришел в движение, ерзая на сиденье.

«Стыдишься своей мокрой проблемы? Подожди, я только начал».

— Энурез вызывает острое ощущение неловкости, которое затем перерастает в гнев на самого себя, а позже в стремление компенсировать собственную неполноценность…

— Протестую! – выпалил Чейз, поперхнувшись слюной. Капля некрасиво повисла на его подбородке, ломая выверенный образ.

— Суть протеста? – переспросил судья, но Хейз не нашелся с ответом. – Отклонено, продолжайте, детектив Ларсен.

— Чувство неполноценности вызывает потребность в компенсации через причинение вреда другим, зоосадизм и поджоги – способы установить собственную власть, равно как и убийства. При этом ощущение никчемности никуда не уходит, – «Да, Чейз?» – лишь притупляется после короткого торжества собственной силы. По моему мнению, и это было подтверждено другими экспертами в данной области, удаление глаз жертвам обезличивает их, с точки зрения убийцы. Он видел презрение, которое испытывал сам к себе, в глазах каждого убитого и потому вырезал им глазные яблоки.

Если бы хоть кто-то, кроме меня, видел глаза самого Чейза, то он бы узнал, как выглядит истинная ненависть. В эту самую секунду, здесь и сейчас, я был воплощением его «мокрых» кошмаров – худший задира с заднего двора школы – я прилюдно раздел его и выставил на посмешище.

Он бахвалился и распинался в допросной, пел сам себе дифирамбы в жалкой газетенке и теперь явился на суд, чтобы прославиться, а я только что просто макнул его в сортир. И нет, мне не жаль.

— Именно ощущение собственной никчемности толкнуло Хейза на совершение преступлений и не просто преступлений – он пытался подражать известнейшим фигурам криминального мира, которых также воспевал в собственных статьях. Удушение Шарлотты Розамунд – повторение сценария Бостонского душителя, и, отвечая на ваш первый вопрос: обвиняемый знал адрес миссис Розамунд, так как за три месяца до смерти брал у нее интервью, а в день убийства свидетели видели похожего по описанию человека, входящего в квартиру погибшей. Кейли Менфилд – почерк Теда Банди, к тому же юная мисс Менфилд была как две капли воды похожа на одноклассницу Хейза.

«Именно, ублюдок, мы и до этого докопали».

На экране появились фото Кейли и Линды Томпсон – одноклассницы самого Хейза, действительно ужасно похожих друг на друга. Присяжные оживились, переглядываясь друг с другом – желание хихикать над шуточками Хейза улетучивалось на глазах, а сам подсудимый вертел головой, ища поддержки.

— Благодарю, мистер Ларсен, у меня больше нет вопросов. – Рамона удостоила меня одобрительным поднятием подбородка и проследовала в свое кресло.

— Мистер Хейз, у вас есть вопросы к свидетелю?