Книга Ваше величество, прошу, не убивайте меня снова. Том 1, страница 121 – eclair

— Интуиция не чушь, – парировала я. – И вообще, в наш просвещенный век, когда одновременно существуют наука, магия, проклятия и огнестрельное оружие, вы не верите, что у человека может быть интуиция?

Теперь мы так приблизились друг к другу, что наши носы почти соприкасались. Он заглянул мне в глаза, словно пытаясь прочесть мои мысли, а потом моргнул и отстранился, словно у него ничего не вышло.

— Я никому не доверяю, – строго сказал он. – Ни единому человеку.

— Ну и пожалуйста, ваше высочество, – согласилась я. – Не доверяйте. Я стану верить вместо вас!

— Закрой рот и следуй за мной, – любезно приказал он. – А посмеешь мешать – я от тебя избавлюсь, так и знай.

Отойдя от стены, чтобы последовать за ним, я ухмыльнулась. Он пригрозил избавиться от меня! Но ведь избавиться можно только от того, что тебе принадлежит, не так ли?

Путь по дорожке между двух каменных стен, похожих на пещеру, оказался довольно долгим. Пока я шагала, гадая, кто, когда и с какой целью создал этот проход, Руперт вдруг оглянулся на меня.

— Интерни, – с ноткой превосходства произнес он.

— Что? – переспросила я.

— Я говорю, мы сейчас идем внутри Интерни, – пояснил принц.

Интерни – так называлась высокая каменная стена, когда-то в древности окружавшая Красный дворец, а ныне делившая столицу на четыре части. Путь, которым мы шли, очевидно, пролегал внутри этой самой стены. Наверное, им раньше пользовалась стража, охранявшая Красный дворец, – что вполне логично.

Интересно, как Руперт вообще узнал об этом проходе? Судя по тому, как хитро он устроен, простые стражники о нем явно не знают.

— А вы хорошо ориентируетесь в этом месте, да? – спросила я, едва поспевая за ним.

— Разумеется, – откликнулся он через плечо.

— Почему разумеется? – удивилась я.

Руперт фыркнул:

— Потому что я его создал.

Он вдруг остановился и прислонился спиной к стене.

— Поди сюда, – велел он.

— Это что же, вы сами создали такой ход, ваше высочество? – Я не верила своим ушам. – С помощью черной магии?..

— Я что, должен тебе повторять? – разозлился он.

Право же, простого «да» или «нет» в ответ было бы достаточно. Но Руперт, увы, считал необходимым произнести куда больше слов.

Едва я успела притронуться ладонью к чуть влажной стене подземелья в том месте, где стоял Руперт, как он уже вновь зашагал прочь – на сей раз по новому ответвлению хода. Я шла за ним, отставая на полшага, и не могла не глядеть по сторонам. Впервые в своей жизни – и в нынешней, и в предыдущей – я наблюдала, как колдует черный маг. Если он видел потухший фонарь, то зажигал его, небрежно тряхнув кистью, – очевидно, с помощью магии, потому что никакого огнива в руках у него не было. Волосы, собранные в хвост, оттеняли черты его лица и делали их резче. Теперь я постепенно начинала узнавать в Руперте того императора, которым он стал в моем прошлом.

Идя следом, я размышляла, почему он вообще решил открыться, что он черный маг. В этой моей жизни ему оставалось всего ничего до воцарения. Так зачем было откровенничать? Похоже, подобная прямота свидетельствовала, что Руперт до некоторой степени примирился с таким неудобством в своей жизни, как я.

Даже в столице, которая традиционно весьма терпимо смотрела на разные виды магии, черным магам были не рады. У них не было славы тех добрых волшебников, которые всю жизнь посвящали премудростям полезного волшебства; не было сияния чистого гения, как у тех ученых, которые без всякого колдовства, одной лишь силой науки, способствовали прогрессу.