Книга Под одним небом две судьбы, страница 104 – Мия Соул

Да, они всех знали, потому что росли в этом окружении. А меня, то есть Ли Цзянь, сослали в отдаленный монастырь.

Когда я вошла, десяток пар глаз устремился в мою сторону. Взгляды были разными: холодное любопытство, откровенная насмешка, скучающее равнодушие. Но сквозь них всеми красками пробивалась все та же знакомая враждебность. Я была чужой, волком, забредшим в ухоженный курятник. Я бы хотела подобрать другие слова, но раз компаньонки водятся с Ли Ся и Ли Цзяо, значит, они такие же курицы.

В центре зала, на небольшом возвышении, восседал господин Чао Ань, жених Ли Цзяо и верный соратник Ван Гуйжэнь. Мне он не обрадовался, но молча кивнул, приглашая зайти.

Я собралась с духом и уже сделала шаг к свободному месту у дальнего входа, как тихий шепот пронесся по залу. В павильон, опираясь на руку служанки, вошла принцесса Сяо Инуо.

Все, как по команде, склонились в поклоне. Она, слегка смущаясь, кивком разрешила нам выпрямиться, и ее взгляд сразу же нашел меня. Игнорируя шепотки и удивленные взгляды, она прошла через весь зал и мягко указала на циновку по правую руку от своего собственного, главного места.

— Госпожа Ли Вэй, прошу, садитесь рядом со мной. Мне будет приятно, — произнесла она, и ее голос, хоть и тихий, прозвучал на удивление твердо в гробовой тишине зала.

Ледяная волна пронеслась по моей спине, но на смену ей пришла волна теплой благодарности. Она не просто предлагала мне сесть рядом. Она публично, на глазах у всех, брала меня под свое крыло. Она, робкая и незаметная, одним жестом выстроила неприступную стену между мной и злобными языками. Теперь любая из этих девиц, прежде чем бросить в меня камень, десять раз подумает, стоит ли навлекать на себя гнев императорской дочери, пусть даже и такой скромной.

Я склонилась в очередном поклоне и заняла место, чувствуя, как взгляд Ли Цзяо впивается мне в спину, словно отравленная игла.

Урок начался.

Мне не нравился Чао Ань, я с лечения Сяо Мина почувствовала к помощнику императора предубеждение, но не могла не воздать должное… Он был прекрасным рассказчиком.

Он вел речь о географии империи, и его рассказ плавно перетек к неприступным горам на западной границе.

— … и самой загадочной из них, бесспорно, является гора Цзюйвэньшань, — его голос зазвучал торжественно. — Ныне она закрыта указом императора для всех смертных. Ибо, согласно древним летописям, в ее пещерах и ущельях ныне обретаются демоны. И не просто демоны, а те, что издревле стерегут врата в их подземное царство, дабы силы тьмы не вырвались в наш мир. Охраняют врата три хулицзин…

В зале повисло напряженное молчание. Я же, чувствуя, как сердце заколотилось в груди, не удержалась и тихо спросила:

— Учитель, а не слышали ли вы о другом месте, связанном с древними силами? Об озере, что зовется Спящей Жемчужиной?

Чао Ань изумленно поднял бровь.

— Вы удивляете меня, госпожа Ли. Знания о таких местах нечасто встречаются среди знатных дам. — Он сделал паузу, собирая мысли. — Легенда гласит, что в эпоху, когда небожители еще ходили по земле, жила богиня мудрости, Линь Су. Ее красота и разум были столь велики, что в нее влюбились два могущественных владыки: бог войны, чей гнев сокрушал горы, и сам повелитель демонов, чья власть простиралась над всеми тенями Поднебесной.