Книга Когда мотылек полюбил пчелу, страница 106 – Пеппер Винтерс

— Ты запираешь нас здесь? – прошептала я, осторожно положив руки на колени.

— Для нашей защиты, и для защиты племени тоже, – Солин бросил на меня взгляд, который я не смогла понять, а потом подошел к небольшой коллекции баночек, чаш и плетеных коробок, в которых держал свои личные вещи.

Я никогда к ним не приближалась, уважая право на личное пространство… хотя я все еще частенько чувствовала себя невеждой по сравнению с остальными людьми Нил.

Солин наконец нашел то, что искал, и подошел ко мне.

Он молча и медленно сел рядом, изящно сложив длинные ноги.

Я тоже молчала. Чтец огня положил перед собой плотно свитую из двух разноцветных трав коробочку. На крышке ее завивалась спираль. Солин на мгновение прикрыл глаза, руки его замерли над крышкой, а потом он резко вдохнул и поднял ее.

Я склонилась пониже: любопытство было сильнее страха.

Мне не хотелось входить в транс. Большая часть меня кричала о том, что это плохая идея, но я не могла не уважать Солина за то, что он делился со мной секретами своего ремесла. Мне позволили делить жилище с уважаемым чтецом огня. Подарили возможность войти с ним в совместный транс, пусть одна мысль об этом и заставляла меня сжиматься от страха.

Солин осторожно достал из коробочки высушенный крючковатый корень.

— Встречала ли ты в своих странствиях дерево дамак? – его черные глаза поймали мои – в них отражались красные языки пламени.

— Я видела множество самых разных деревьев в куче самых разных мест, но названий их не знаю.

— Это небольшое дерево, – пробормотал Солин. – Оно растет изгибами, и его ветви сплетаются друг с другом, а не тянутся к небу. Фрукты на нем не растут, но цветы его красны как кровь, а с тычинок льется густая, черная роса.

Я сжала губы, вспомнив одну открытую поляну… вспомнив свои одинокие скитания так ясно… хотя до того не помнила ничего.

Я видела деревья, о которых говорил чтец огня.

Они всегда росли поодаль от других деревьев, будто бы лес их изгнал. В цветах их не жужжали пчелы. На ветвях не пели птицы. Деревья эти росли в тишине, одинокие, сплетая ветви в сложные узлы, совсем не глядя на солнце.

Я чувствовала с ними родство – они тоже были изгоями.

Совсем как я.

Однажды ночью я уснула под ветвями такого дерева – сил совсем не осталось. Оно подарило мне приют под своими темными листьями, и я впервые за долгое время почувствовала себя в безопасности, потому что к нам не приближались звери. Я не боялась даже стаи охотящихся волков.

И мысли мои тут же вернулись к прошлой ночи.

Волки, которые пришли за незнакомцем… были ли это те же волки, которые шли за мной, как он и сказал?

Как там назвал незнакомец одного из них? Салан?

Нет, Салак.

Тот гигантский волк, который заглянул прямо мне в душу, а потом унес незнакомца на своей спине.

— Так… видела ли ты это дерево? – спросил Солин, возвращая меня из омута памяти.

Я моргнула – совсем забыла, где нахожусь. Стоило мне подумать о незнакомце, и я начинала чувствовать себя как-то иначе… будто мысли гнались за чем-то более реальным, чем то, что меня окружало.

— Да, – я провела языком по губам. – Видела. Немного, но к тем, что видела, никогда не подходили звери.

— Это потому, что животные чуют запах яда.

Брови мои поднялись к линии волос.

— И какая часть его ядовитая?