Книга Академия Теней: Исповедь лисьего проводника, страница 39 – Анна Рия

Он повернулся. Медленно, словно давая мне время рассмотреть его — и давая себе время рассмотреть меня. Его взгляд скользнул по моему лицу, по косам с сапфировыми лепестками, по новой одежде. В серых глазах, подсвеченных синим огнём, мелькнуло что-то, похожее на одобрение.

— Тебе идёт.

— Спасибо. — Я старалась держаться так же хладнокровно, но голос предательски дрогнул. — За наряд. И за… спасение на обряде.

Он шагнул ближе. Я заставила себя не отступить.

— Не благодари. Я действовал в своих интересах. — Он сделал ещё шаг. — Твоя магия… — Пауза. Он словно подбирал слова, что для него было редкостью. — Сегодняшнее слияние. Оно не было запланированным.

— Я понимаю, — прошептала я. — Свет и тьма не смешиваются.

— Ошибаешься. — Он сократил дистанцию до предела. Я почувствовала холод, исходящий от него, — или это был жар? — Смешиваются. И когда это происходит, рождается нечто… большее. Я никогда не чувствовал ничего подобного. Никогда.

Его взгляд — ледяной, но в нём горело что-то живое. Голодное. Моя магия, всё ещё помнящая то сплетение, отозвалась внутри глухим теплом.

— Я знаю, кто ты, Элира. Моя семья столетиями уничтожала таких, как ты. Я знаю, что твоя сила — не просто светлая. Она — противоположность всему, что есть здесь. И всё же… — Его пальцы скользнули по моей щеке тыльной стороной. Ледяное прикосновение, но кожа под ним загорелась. — Она откликается на мою.

— Я мог бы тебя уничтожить. — Его голос стал тише, почти шёпот. — Один приказ — и от тебя останется лишь пепел.

Дышать стало больно, но я не опустила глаз.

— Но ты не сделаешь этого.

— Почему? — В уголках его губ дрогнула усмешка.

— Потому что я тебе интересна. Потому что наша сила вместе — это нечто новое. И ты жаждешь это постичь.

Он замер. Взгляд стал пронзительным, изучающим каждую чёрточку моего лица.

— И правда. Сегодняшнее ощущение было… особенным. Я словно почувствовал начало чего-то, чего не понимаю. Чего-то, что не даёт мне покоя. Ты не можешь себе представить, насколько это было прекрасно. И мне хочется ещё.

Он отступил на шаг, давая мне глоток воздуха.

— Я вижу, что твоя магия откликнулась на меня. Мы можем использовать это. Союз. Никто не посмеет тебя тронуть: ни охотники, ни ректор, ни… назойливые поклонники.

В его тоне, когда он произнёс последние слова, проскользнула едва уловимая, но ощутимая нотка раздражения. Крип. Он говорил о Крипе.

— Союз, — повторила я, пробуя слово на вкус. — На каких условиях?

— На взаимной выгоде. Ты получаешь жизнь и защиту. Я — доступ к магии, которую никогда раньше не встречал. И да… — Его взгляд снова упал на меня, полный странного, открытого интереса. — Я очарован. Очарован тобой, твоей силой, твоей дерзостью, той глубиной, которую я сегодня в тебе разглядел.

Его рука потянулась к моим волосам. Он нежно, едва касаясь, провёл по сапфировому лепестку, вплетённому в косу.

Я снова была в Осиннике. Не в том, что пылал, а в живом. Солнце пробивалось сквозь листву вековых дубов, разбрасывая по деревянным срубам тёплые золотые пятна. Воздух — плотный, родной: дым из печки, травы под крышей, сладкий запах малинового пирога. Тётя Зоря только что вынула его из печи. Это пахло домом. Уютом. Безопасностью.

Нашу деревню прятали не только лесные чащи, но и магия. Каждый вечер, с первыми звёздами, мы — все ведьмы, от мала до велика — выходили на границу. Старейшина, бабка Илинда, затягивала тихую песню, а мы шли за ней, рассыпая из холщовых мешочков особый порошок: толчёный лунный камень, папоротниковая пыльца, пепел священного дуба. Он создавал невидимую завесу. От чужих глаз, от слуг некромантов, от охотников с собаками.