Книга Пятая зона пульса, страница 22 – Юля Артеева

Мягкий карандаш, которым я подвела глаза, сполз стрелой на щеку, а тушь размазалась. Я выгляжу как кукла, которую макнули нарисованным лицом в воду, когда краска еще не высохла.

Пытаюсь стереть эти следы, но становится еще хуже. Снова давлюсь смехом, а Погодин прыскает.

Говорит:

— В машине есть влажные салфетки, это поможет?

— Скорее всего. Где она?

— Подожди, — он хмурится и крайне серьезно уточняет, — то есть ты все-таки можешь сесть в мою тачку и не самовоспламениться?

— Чего?

— Ну, ты так сбежала, — ухмыляется, — я подумал, что она для тебя смертельно опасна. Типа как чеснок для вампира.

— Ничего. Передашь мне пачку салфеток на расстоянии двух метров. Куда?

Погодин указывает рукой куда-то в сторону.

Отвлекаясь на собаку, которая собирается поднять что-то с земли, рявкает:

— Толя, фу!

— Мне кажется, он даже не знает такой команды.

— Надеюсь, что Толик хотя бы прочекает интонацию. Машина там. Идем.

Сунув руки в карманы, иду следом за Алексеем. Или за Лешей. Наверное, полное имя теперь точно стоит оставить для акваклуба.

На подходе к тачке я демонстративно останавливаюсь на расстоянии. Зажмурившись, отворачиваюсь и вслепую протягиваю руку в сторону Погодина.

Он фыркает, но никак не комментирует. Спустя какое-то время и с десяток проклятий в адрес Анатолия, Леша наконец вкладывает мне в ладонь упаковку. Глядя в камеру на своем телефоне, стираю то, что размазалось, пытаясь сохранить хотя бы остатки макияжа.

— Ты все равно красивая, — говорит Погодин.

Поднимаю на него удивленный взгляд поверх смартфона.

Встречаюсь с темными глазами, которые, как всегда, смотрят прямо. Никаких компромиссов. Он снова транслирует то, что я ему интересна. Но, кажется, все еще в определенном смысле, без романтики.

— Спасибо…

— Хочешь кофе?

— М? — замираю с салфеткой под глазом.

— Кофе. Будешь? Кажется, я тебе должен после того, как бешеная псина сбила тебя с ног.

— У меня пары.

Леша выгибает бровь:

— И ты уже опоздала.

Растерянно сверяюсь с часами, когда Толик, улучив момент, выпрыгивает из машины, куда его только что затолкал Погодин, и начинает вертеться у моих ног и лизать руки.

Присев, глажу его по голове, уворачиваюсь от слюнявых поцелуев.

Бормочу:

— Ты мой хороший мальчик, ты любишь ласку, да? Любишь, когда гладят?

— Я люблю когда гладят. Не знаю, правда, насколько я хороший мальчик.

Поднимаю голову и мы с Лешей снова срезаемся взглядами. Мне становится жарко. Тепло окутывает не только щеки, но и все мое тело.

Погодин не только симпатичный, он еще по природе невероятно сексуальный. И наверняка об этом знает. Последнее несколько отрезвляет, потому что нет ничего хуже мужчины, который уверен в собственной привлекательности.

Говорю:

— Мне… надо учиться.

— Да? — уточняет вкрадчиво.

— Эм-м-м… — Пытаюсь сосредоточиться, наглаживая собаку. — Да…

А сама думаю: в конце концов пока слезинок не было ни одной, но смеяться он точно меня заставил. Или это заслуга Анатолия?

— Ника… — произносит тихо. — Всего одна пара. Мы с Толей хотим извиниться. Поехали, ну?

Отрицательно качаю головой, поднимаюсь на ноги и отшагиваю назад. А потом смотрю на Лешу и засекаю выражение разочарования на нем. Настоящего, неподдельного.

И произношу:

— Пойдем.

— Что?

— Не поедем, а пойдем. Тут рядом. Бери Толика, они дог френдли.