Книга Супружеская бизность, страница 76 – Любовь Перуница

Я снимаю пальто.

— И?

— Они приостановили заказ.

Ну конечно. Я киваю, будто это мелочь. Если руководитель выдаёт панику, то как сохранять самообладание подчинённым? Поэтому держим лицо, несмотря на все кирпичи, которые в нас летят.

— Понятно.

Но внутри мозга запускается аналитический механизм. «Форест мебель» — один из самых крупных постоянных заказчиков за последние два года. Если и они отваливаются — это уже не просто слухи. Запускается эффект от слитой Викторией информацией. Вроде и готовился к этому морально, но сейчас понимаю, к такому подготовиться сложно — смотреть, как то, что ты долго строил, медленно увядает.

Закрываю дверь кабинета и на секунду останавливаюсь посреди комнаты.

На столе как раз лежит папка с эскизами проекта, который мы готовили, доводили до ума. Именно он сейчас красуется на конкурсном сайте под логотипом конкурентов, благодаря чем мы выглядим весьма и весьма бледно. Те же решения, планировка, даже цвета не удосужилась поменять.

Я медленно провожу рукой по столу.

— Красивая работа, — говорю сам себе.

Телефон вибрирует.

Юрист.

— Слушаю.

— Андрей Геннадьевич, мы уже в переговорке. Ждём вас.

— Сейчас подойду.

* * *

В переговорной сидят двое.

Юрист — Глеб, худой, аккуратный, вечно с папкой документов и потеющими ладонями.

И Игорь — финансовый управляющий. Он у нас недавно, но уже успел узнать все слабые места компании. Ценный кадр.

Но сейчас, познав предательство в бизнесе, начинаешь видеть подвох в каждом, кто находится рядом с тобой, так и до охоты на ведьм недалеко…

На столе разложены бумаги.

Это плохой знак. Хорошие новости никогда не требуют столько документов.

— Давайте сразу к делу, господа.

Глеб кивает.

— Мы подготовили претензию по делу о промышленном шпионаже.

— Хорошо.

— Но есть нюанс.

Изучающе наблюдаю, как он слегка дрожащими руками от волнения протирает очки. Значит, это он гонец, несущий дурные вести.

— Какой?

Он перелистывает папку.

— Доказательная база пока слабая.

— У нас есть видео.

— Есть. Но я проконсультировался с прокурором. Видео, где вы связывали Викторию, а потом, кхм, допрашивали, если можно так выразиться, нельзя брать в качестве доказательства. Её показания даны под давлением, суд их не будет принимать во внимание.

Я чувствую, как меня начинает раздражать этот спокойный юридический тон.

— Сучка всё сказала на камеру, внутреннее расследование с айти специалистом подтвердило, что ещё вам нужно?

— Это доказывает доступ к информации. Но не факт передачи.

— Она работает у конкурентов.

— Работала. Сейчас официально — нет.

Я тихо выдыхаю, но внутри бушует буря.

Игорь вмешивается:

— Даже если мы выиграем суд, это минимум четыре-шесть месяцев.

— Минимум?

— Скорее больше.

Я смотрю на него.

— И?

Он поворачивает ко мне планшет. Я прекрасно понимаю, что передо мной отчёт по движению денежных средств, а вот следующая вкладка — отчёт PnL*. За последний квартал наблюдается медленная, но неумолимая динамика спада доходности.

*PnL — отчёт о прибылях и убытках за определённый промежуток времени

Ячейки таблицы словно кровью заливали, так там много красного.

— Смотрите, — говорит он спокойно. — За последние две недели мы потеряли четыре крупных заказа.

— Из-за слухов про то, что мы занимаемся плагиатом?

— Да.

Глеб добавляет: