Книга Неподходящая, страница 33 – Юлия Резник

А если поблагодарить? За то, что подвез. Выручил. Да ну! У меня и номера его нет.

Пока я судорожно соображаю, как поступить, мой телефон оживает.

«Ты жива?» – пишет мне незнакомец. – «Это Адам», – прилетает следом.

«Да. Спасибо. Уже еду с дочкой домой», – строчу в ответ, держась за грудь, будто в попытке удержать на месте скачущее в клети ребер сердце.

«Когда будет удобно, вышли мне документы по Стэп-Логистик».

«Конечно. Минут пятнадцать – и мы будем дома», – рапортую я, не испытывая ни капли разочарования, вот честно. Все ровно так, как и должно быть. Мы просто работаем вместе. Точнее, я работаю на него. И только за одно это мне надо вечно благодарить Всевышнего. Вот правда! Я все понимаю.

Уже у самого дома Ками отрубается прямо в машине. Ресницы дрожат, щека припала к моей руке. Домой приходится затаскивать дочь на руках. Она хоть и маленькая, но достаточно тяжеленькая.

Раздеваю ее. Зацеловываю щечки – а ей хоть бы хны. Тогда я переодеваюсь сама и сажусь за ноутбук, который мне разрешили брать с работы на дом. Высылаю Адаму нужные документы, недоумевая, зачем те понадобились ему в такой час. Разве парень его возраста не должен спешить с работы домой? Наверняка его личная жизнь кипит. Друзья, девушки, развлечения… Наши мужчины в этом смысле никак не ограничены. Обидно ли мне? Да уже как-то не очень. Я наелась и самостоятельности, и взрослой жизни – и рада бы отдать кому-то свои проблемы на аутсорс, так кому они нужны? Прав отец – надо было слушать родителей.

«Спасибо. У тебя есть минут сорок? Хочу кое-что отработать».

Со мной? Так и подмывает спросить, чем ему не угодили его помощники. Однако я просто не могу себе позволить подобную вольность. Тем более что я знать не знаю, а вдруг это его обычная практика?

«Конечно».

«Вот по этим пунктам надо составить протокол разногласий».

Надо – значит надо. Закатав рукава, принимаюсь за дело.

Адам

Понятия не имею, что меня триггернуло на этот раз, но всю ночь мне снятся кошмары. Поэтому утро ничуть не доброе. Сначала застреваю в пробке, потом какой-то кретин файлами на двадцать мегабайт перегружает мне почту, и та виснет, как на заре компьютерной эры. А пока я пытаюсь вывести из комы систему, со стакана с кофе слетает крышка, и вся эта бодрящая отрава растекается по сиденью. Да чтоб его!

На часах без десяти девять. В дверях меня перехватывает помощник отца.

— Вахид Рустамович просил, чтобы вы поднялись к нему до начала совещания.

Я киваю и не задаю лишних вопросов. Надо так надо. Отец нечасто меня зовет, и если это случается, значит, вопрос действительно стоит внимания.

В его кабинете пахнет тем, что я называю «аромат власти». Обычно в нем можно уловить нотки кожи, дорогого дерева и, возможно, гвоздики, но сегодня в воздухе чувствуется также легкое напряжение.

Отец сидит за столом у панорамного окна, на столе уже лежат какие-то бумаги, но, как водится, разговор начинается вовсе не с них.

— Садись, – бросает он, не поворачивая головы. Я подчиняюсь. Голос у отца приветливый, пусть он на меня и не смотрит, заканчивая с делами, которыми занялся еще до моего прихода. Значит, меня позвали не для того, чтобы вставить люлей. Расслабляюсь и прекращаю гадать, где я мог накосячить.

— У тебя всё в порядке на работе?