Книга Если бы ты любил, страница 73 – Юлия Резник

— Если только к тому, что используется для технического тестирования. Но доступ к нему ограничен.

Меня мутит.

— Я почти на сто процентов уверен, что это Шульц. Найди мне доказательства.

— Да ты что, Алишер? На кой им ставить под угрозу такой контракт? В чем логика?

Я тру виски.

— Логика? А ты ее не ищи, здесь не логика — главное.

— А зачем тогда ему подставлять эту девку? — вскидывает брови Ильяс. Меня же перекашивает. Да так, что до эсбэшника что-то начинает доходить. — А… То есть… Ясно. Понял. Не дурак. Ищем.

Коршуном кружу вокруг Ильяса и парней. Если увижу, что они спустя рукава подошли к моей просьбе, решив, что это блажь, отчаянная попытка обелить женщину, на которую у меня виды, — хана им. Но вроде никто не филонит. И ближе к утру Ильяс, наконец, щелкает пальцами:

— Ты оказался прав. Туннель был открыт с тестового узла. Но доступ сделан маской, не соответствует вашему устройству. Вход сгенерирован искусственно.

— То есть… — сиплю я, а Ильяс кивает.

— Кто-то воспользовался логином стажерки. Но технически это был подменный запрос.

Я закрываю глаза. У меня дрожат пальцы. Да что там… В теле дребезжит буквально каждая клетка. Ощущение такое, будто мне в грудь вбили ледяной кол. Низко склоняю голову и опираюсь на стол ладонями. Она ничего не делала. Ни черта.

— Эй… Ты как? Алишер!

— Нормально.

— Что мне делать? По протоколу я должен сообщить о сливе Вахиду…

— Я сам ему сообщу.

— Тянуть с этим нельзя. Шульц…

— Сказал же — сообщу. До утра это подождет.

Тем более что утечка никак нам не навредит. Не зная, кто против нас играет, мы скормили им левые данные. Тут у отца к моей работе вопросов быть не должно.

— А с Шульцем что мне делать?

— Пока ничего. Нельзя его спугнуть.

— Тогда по домам?

— Да, давайте… Всем спасибо, ребят. Хорошо поработали.

Жму руки парням, набрасываю пиджак и выхожу прочь, приложив телефон к уху. Ожидаемо, дозвониться до Эки у меня не выходит. Я явно теперь в черном списке. Еду к ней. Ночь. Пустой город… Влетаю во двор, поднимаюсь бегом на этаж. Стук в дверь, тишина. Ещё раз. Ноль реакций. Включается паранойя: а вдруг ей плохо? Вдруг я причинил ей такую боль, что она…

Что? Вскрылась?

Да ну. У Эки такой характер, что она скорее бы мне глотку перерезала…

Улыбаюсь, хотя ничего веселого в этой ситуации нет. Но стоит подумать о том, какая боевая, чистая девочка мне досталась, как радость затапливает до краев. К тому же ничего непоправимого не случилось! Она непременно меня простит. Иначе и быть не может.

С этой мыслью еду домой, решив отложить до утра выяснение отношений. Спать заваливаюсь прямо в одежде. Просыпаюсь разбитый, но в голове чуть-чуть проясняется. Варю кофе и набираю ее еще раз. В отражении окна мы вдвоем. Присутствием Эки здесь теперь наполнено все, хотя ко мне мы заезжали всего три раза.

В офис еду как на каторгу. Надежда, что мы встретимся с Экой там, конечно, живёт, но она не настолько сильна, чтобы я разочаровался, ее не обнаружив. Шульц, еще не зная, что он у нас на крючке, приветливо улыбается. Давлю в себе желание его уе**ть. Иду к себе.

— О, Алишер, наконец-то! Тебя отец ищет. Беги скорей! Там что-то срочное, — командует моя секретарша. Она работает в компании едва ли не со дня ее основания, так что я для нее — пацан, которого она помнит еще в колготках. Никакого пиетета, да, но я почти привык.