Книга Ты не сказала о сыне, страница 22 – Юлия Бузакина

— Доброе утро, Дмитрий Борисович! — Романова подчеркнуто меня игнорирует. Красиво играет кольцом на пальце. — Как тебе мое помолвочное кольцо? Нравится?

Кулагин морщится.

— Засунь его, знаешь куда? — рычит злобно.

Тамара Денисовна расплывается в довольной улыбке.

— Зачем же? Оно мне нравится. Ах, да. Сегодня Машенька работает с нами. Она ждет тебя в твоем кабинете, так что придется тебе заняться своими прямыми отцовскими обязанностями. А то, я смотрю, у тебя много свободного времени для общения с медсестрами.

Кулагин округляет глаза и резко хватает ее за руку.

— Что?! Да как тебе в голову пришло притащить нашу дочь в больницу?! Ей всего пять лет! У нас здесь клиника, вообще-то!

— Вот именно, клиника. А Машенька девочка любопытная. Будь добр, обеспечь ее безопасность. Мне пора. У меня куча бумажной работы. Не люблю, когда отвлекают.

Романова скользит по мне неприязненным взглядом, а потом круто разворачивается на каблуках своих дорогущих туфель и громко удаляется.

— Черт! — впившись в волосы пятерней, Кулагин растерянно смотрит на меня, а потом срывается с места и несется в свой кабинет, спасать дочь.

В телефоне вспыхивает звонок от Даши.

— Лена, в холле на первом этаже тебя ожидает Малинина Полина Юрьевна. Ее надо будет сопроводить на все обследования.

— Уже бегу.

Я спускаюсь вниз. Готовлюсь морально к встрече с женщиной, которая подарила жизнь моему любимому мужчине.

Осматриваюсь по сторонам. У рецепшена на диванчике среди других пациентов замечаю женщину. Ее темные волосы собраны в прическу, и выглядит она неплохо. На вид ей за шестьдесят. Ее темные волосы собраны в аккуратную прическу, а костюм из мягкой шерсти подчеркивает элегантность. Но главное — глаза. Мое сердце летит вниз — я где угодно узнаю эти глаза.

— Здравствуйте, — улыбаюсь приветливо. — Вы Полина Юрьевна?

Она оживляется.

— Да, это я. А вы Тамара Романова?

Сердце больно царапает, но я мужественно встречаю очередное доказательство того, что Романова вцепилась в Андрея своими клешнями.

— Нет. Я — Лена Синичкина, медсестра. Я буду сопровождать вас в нашей больнице.

— Извините. У меня на листке написано Тамара Романова. Наверное, что-то поменялось.

Я мысленно себя успокаиваю — всего лишь формальность. Андрей торопился, поэтому ничего не сказал Романовой. Когда-то он спас Артема, отправив нас в Таганрог. Пришла моя очередь ему помочь.

«Я буду сопровождать его мать и сделаю все возможное, чтобы она чувствовала себя у нас комфортно».

Я забираю у матери Андрея документы и сумку с вещами. Веду за собой к лифту.

Начинается обход специалистов. У Полины Юрьевны целый список. Надо отдать должное Романовой — она успела со всеми договориться, и нас принимают без очереди.

Возле двери последнего кабинета мы задерживаемся — делают УЗИ сердца другому пациенту.

Полина Юрьевна накрывает мою руку своей.

— Дочка, ты такая добрая! Что бы я без тебя делала?

Я смущенно улыбаюсь.

— Да что вы, не стоит меня благодарить. Это моя работа.

Она вздыхает.

— Знаешь, я так сильно переживаю за сына, сердце стало сдавать. Он все время рвется туда, где опасно. А ведь когда он поступал в мед, я собиралась продать квартиру, чтобы отправить его учиться на стоматолога. Но он уперся — хочу быть хирургом, и все. Я тогда даже подумать не могла, чем обернется его увлечение.