Книга Ты не сказала о сыне, страница 25 – Юлия Бузакина

Я улыбаюсь. Киваю.

Бегу в полумраке холла к выходу, сжимая в кармане пальто хрустящие купюры. Глаза обжигают слёзы. Корю себя за то, что взяла у неё деньги. Сердце рвется на части от того, что Андрей не рядом. И так приятно, что он так быстро нашел возможность передать мне хоть что-то для нашего ребёнка.

Малинин

Я стою во дворе госпиталя. Пять часов утра. Утренняя свежесть пробирается под одежду. Хочется глотнуть свежего воздуха, прежде, чем мы примемся за работу.

Осматриваюсь.

Госпиталь был атакован двое суток назад, и с тех пор время здесь будто застыло. Разбитые оконные проемы в нескольких секциях зияют черными дырами. Фасад частично обрушился во двор, крыша повреждена в нескольких местах.

Внутри последствия повсюду: мелкая крошка, осколки стекла, обгоревшие стены. На некоторых участках нет освещения.

Картина вырисовывается удручающая. Сегодня должна прибыть комиссия из Москвы, чтобы оценить ущерб.

Мне нет дела до комиссии — это не в моей компетенции.

Я включаю телефон. Пытаюсь поймать связь, но тщетно. Вчера связь была, а сегодня нет. Ее глушат. А мне так хочется услышать голос Синичкиной! Так хочется получить хоть одну фотографию своего маленького сына. Я прячу телефон обратно в карман. Надеюсь, что мама правильно поняла мои инструкции и передала Лене хоть немного денег. Обещаю себе, что, когда вернусь домой, первым делом заберу Лену и сына. Без них я теперь не представляю своей жизни. А пока надо работать.

На пороге показывается второй хирург — Ярик Поляков. Ярика я знаю много лет. Мы вместе учились в меде. Вместе практиковались в ординатуре.

Ярик становится со мной рядом. Прикуривает сигарету. Внешне мы разные — я высокий и худощавый, почти седой, а он коренастый и плотный, с рыжиной на густых волосах. Когда мы становимся рядом, физические различия особенно заметны.

— Комиссия сегодня прилетает, — произносит зачем-то Поляков.

Я впиваюсь в него испытующим взглядом.

— Нам-то что?

— Романов в составе комиссии. Тот самый Романов, Андрей.

Я с пренебрежением фыркаю. Ярик знает, что в прошлом нас с Тамарой связывали романтические отношения. И отношение ее отца к моей персоне для него тоже не секрет.

— Ладно, черт с ним, с этим Романовым. Я вот что хотел спросить. Мы с Пашей Царевым в обед едем в город. Надо забрать на аптечном складе лекарства. Я договорился, нам их дадут бесплатно. Хочешь с нами?

Паша Царев — медбрат. Он выше меня на голову и в два раза шире в плечах. Его физическая сила неоценима, когда требуется перенести раненого.

Я прожигаю его взглядом.

— Бесплатно? Ты уверен?

Ярик с наслаждением затягивается дымом и согласно кивает.

— Да. Аптека частная, владелец давно уехал. Дал добро, чтобы лекарства забрал госпиталь. Не заберем то, что предлагают, со склада, завтра его могут забросать ракетами. Тогда это не достанется никому.

Я несколько мгновений оцениваю риски.

— Я поеду, — произношу уверенно.

— Тогда в полдень мы с Царевым ждем тебя во дворе. Поедем на служебной машине.

К полудню я быстро переодеваюсь в спортивный костюм и устремляюсь через длинный коридор к выходу.

Ярик уже возле машины. Он в джинсах и короткой черной куртке поверх черного свитера. Царев тоже тут. Он в спортивках, как и я.

Старый автомобиль срывается с места. Поляков жмет на газ. Ему хочется поскорее забрать ценный подарок, который так нужен госпиталю. Царев что-то подпевает себе под нос. Я молчу.