Книга Ты не сказала о сыне, страница 78 – Юлия Бузакина

Я плыву. Таю, как податливый воск в его страстных ласках. Его губы ласкают и терзают, а я, прикрыв глаза, отдаюсь во власть его обжигающих поцелуев.

Он нащупывает край стола, подхватывает меня за талию, и усаживает на стол.

Волна жара окатывает низ спины и расползается под кожей по всему телу. Его сильные руки держат меня за талию, а губы обжигают ложбинку у основания шеи горячими поцелуями. Я плавлюсь. Подаюсь ему навстречу и беззастенчиво принимаю его мужскую суть на правах законной жены.

Перед глазами все меркнет. Есть только Андрей — его сильные руки, плечи, красивый профиль и дурманящий аромат его кожи, который уносит мой разум прочь.

… Потом мы долго сидим за столом. Пьем остывший кофе с бутербродами, болтаем обо всем на свете.

Вместе едем за сыном, чтобы отвезти его в садик.

Андрюша весело прыгает в прихожей.

— Мама, мама, а я теперь Малина? — спрашивает возбужденно. И смотрит то на меня, то на Андрея, растерянно и в то же время радостно. — Бабушка сказала, что теперь у меня есть папа, а значит, я больше не Синичкин. Я теперь Малина!

Мы с Андреем переглядываемся, смеемся. Я подхватываю сына на руки и целую его в маленькие щечки. И так много радости в моем сердце от того, что мы с Андреем и Андрюшкой отныне семья.

Малинин спохватывается. Зовет мою маму и Артема. на кухню. О чем-то с ними говорит. Мама бежит в гостиную, несет оттуда оранжевую папку.

Я догадываюсь о чем идет речь — мой муж хирург, и он хочет посмотреть снимки и заключение врачей, которые дали Артему в больнице.

«Я не буду вас обнадеживать, пока не взгляну на снимки»

«Надо будет сделать рентген ещё раз», — долетают до моего слуха обрывки фраз.

Я ношу Андрюшку на руках, он тихо сопит мне на ухо.

Мама выходит из кухни первой. В глазах слёзы.

— Мам… — я пугаюсь. Спускаю сына с рук. — Ничего не выйдет, да?

— Почему же? — выглядывает из кухни Малинин. — Шанс есть. Операция стоит недешево, но я сделаю ее бесплатно.

— Правда? — в моих глазах вспыхивает надежда на чудо. — Артем сможет ходить?

— Надо сделать дополнительное обследование и сдать анализы. Думаю, это возможно. Не сразу, конечно. Артему потребуется реабилитация. Но шанс есть, и его надо использовать.

Я смотрю на Артема. Хватаю его за руки.

— Вот видишь! Я же всегда говорила, что ты сможешь ходить! — шепчу возбужденно.

Он молчит. Только крепко меня обнимает. А мама плачет у кухонного окна.

— Все, пора! Не сдаваться, солдат, — Малинин пожимает Артему руку, а потом подхватывает на руки сына и ловко сажает его себе на шею.

— Высоко! — изумленно вскрикивает малыш. Устроившись удобнее, впивается маленькими пальчиками в руки своего отца. И так много искреннего детского доверия в его взгляде!

А в больнице все по-прежнему: Андрей уходит в отделение хирургии вместе с Надей, которая со мной почему-то не здоровается, я спешу в подчинение к Кулагину.

До самого обеда мы заняты своей работой.

Ближе к полудню выдается свободная минутка, и я зову всех коллег в сестринскую, отпраздновать тортом мое внезапное замужество.

Мы с девочками возбужденно обсуждаем вчерашнюю церемонию. Достаем пластиковые стаканчики, тарелки. Они суют мне конвертик с небольшой суммой, что собрали в подарок.

Я показываю в телефоне свадебные фотографии.

Вместе вскрываем коробку с тортом.