Книга Злая: Детство, страница 85 – Грегори Магуайр

Эльфи же хочет лишь одного – вырваться. Немедленно. Она и сама не знает зачем. Черепашье Сердце, в сущности, лишь предлог, отцовская навязчивая идея. Но у неё самой словно зуд в костях. Узкий мирок Оввельса сделался ей тесен. Она ещё как-то выдерживает церковное пение для миссии, но чувствует себя притворщицей: подлинное благочестие ускользает от неё. Она скучает по лавке Унгера, хотя пути назад нет. И всё ещё надеется узнать, что случилось с Нери-нери и Лолло-лолло. Если это возможно.

Значит, нужен план. Эльфи изводит отца: жалуется на головную боль, на слабость, говорит, что не может петь на людях… А вдруг ей поможет перемена обстановки? Немного движения? Может, они придумают какой-то выход?

— Голова болит?.. – Няня поглаживает подбородок. – Как летит время! Я пойду приготовлю примочки.

Так как Фрекс и слышать не хочет, чтобы Эльфи сопровождал какой-либо другой мужчина, дело заходит в тупик – пока, совершенно неожиданно, не вмешивается их домовладелица. Лей Лейлаани, готовая послужить общему делу.

— Я знаю, как идти в Самани, – смело заявляет она. – У меня там когда-то жила кузина. Отведу Эльфи, завершим сделку. Я только с радостью.

— Почему этот Унгер сам не пойдёт и не закажет своё стекло? – ворчит Фрекс.

— Да там у него одна из жён живёт. И дети, – пожимает плечами Лей. – Семьи. Жить с ними невозможно, но и без них жить нельзя. Хотя некоторые пытаются. Я вот уже давно пытаюсь, но я-то предпочитаю жить с семьёй.

Няня закатывает глаза.

— Кроме того, – добавляет Эльфи, – Унгеру ни к чему клан Черепашьего Сердца. Это наше дело, а не его.

Таким образом, на следующее утро домовладелица и Эльфи выдвигаются в путь, прихватив с собой выкройку ткани по форме будущего окна. Несса, обиженная тем, что её оставили дома, начинает визжать. До Эльфи не сразу доходит: сестра пародирует её пение. Голос тоже может быть мощным оружием.

— О господи, – вздыхает Лей Лейлаани. – Сколько всего приходится терпеть бедной вдове с небольшим достатком. Что же она такая воинственная?

— Она куда больше подходит на роль зазывалы Безымянного Бога, – отвечает Эльфи. – По-моему, у неё бы отлично получилось.

— Не готова я такое слушать. Она не новых обращённых приведёт, а старых распугает.

Довольно быстро они покидают Оввельс – чудо строительной мысли, бревенчатый человеческий улей. И оказываются в совсем другом краю: на сухой возвышенности, в мире свежего ветра и высоких кедров. Эльфи заранее мысленно готовилась к тому, чтобы остаться наедине с Лей, – раньше это случалось очень редко. Ей хотелось узнать правду: действительно ли их домовладелица распускала злые слухи о Скийоти. Но всё-таки нельзя рисковать и ссориться с Лей в самом начале пути. Может, ей удастся найти следы Лолло-лолло и Нери-нери. Если они и правда где-то рядом – можно будет не тревожиться о том, что их прогнали, и отбросить подозрения насчёт Лей.

Она пытается смотреть на вещи непредвзято. Большой злобы от Лей не чувствуется, разве что недовольство. Надо действовать осторожно. Ей хочется спросить Лей, общалась ли та когда-нибудь с говорящими Животными, но Эльфи не может придумать, как сформулировать вопрос, чтобы он не прозвучал бестактным намёком. Даже если Лей любит посплетничать, в основном она держит себя как женщина скромная и гордая. К тому же её уверенный шаг на подъёме в гору никак не вяжется с вечными жалобами на женскую слабость. Вполне крепкая старушка.