Книга Злая. Сказка о ведьме Запада, страница 104 – Грегори Магуайр

Одним словом, женщины.

Я позвала сюда вас троих. Сейчас вы ещё девушки, но момент, когда вы станете женщинами, неумолимо приближается – куда быстрее, чем вам может показаться. Несмотря на моё личное мнение о вашем поведении, мне пришлось выделить именно вас. В каждой из вас скрыто нечто большее, чем кажется на первый взгляд. Мисс Нессароза, так как вы учитесь у нас недавно, вы для меня пока загадка. Однако, полагаю, как только вы перерастёте свою очаровательную зацикленность на вере, в вас проявится потрясающая властность. Ваш физический недостаток здесь не имеет значения. Мисс Эльфаба, вы по натуре одиночка и даже под действием моего заклятия сидите здесь, кипя от презрения к каждому моему слову. Это свидетельствует о значительной внутренней силе и несгибаемой воле – и эти качества я глубоко уважаю, даже если они направлены против меня. Вы не проявляли никакого интереса к колдовству, и я не утверждаю, что у вас есть к нему природная склонность. Однако ваш неукротимый дух одинокой волчицы вполне можно обуздать – и тогда вам не придётся провести всю жизнь в бесплодной ярости. И наконец, мисс Глинда. Вас саму удивили ваши способности к колдовству. А я знала, что так будет. Я надеялась, что ваши наклонности невольно пробудят схожий интерес и в вашей соседке, но раз уж этого не случилось, то это лишь очередное доказательство железного характера мисс Эльфабы.

Вижу по вашим глазам, что вы все подвергаете сомнению мои методы. Должно быть, вам приходят в голову дикие мысли: неужели Моровая Моррибль заставила тот гвоздь воткнуться в ногу матушки Клатч, чтобы вынудить меня жить в одной комнате с Эльфабой? Неужели это она подстроила, чтобы матушка Клатч спустилась в лабораторию и обнаружила убитого Козла – и таким образом избавиться от неё и заставить няню, а вместе с ней и Нессарозу, приехать в Шиз? Как лестно, что вы воображаете, будто я обладаю такой силой.

Глава ненадолго умолкла и едва не залилась краской, что в её случае напоминало процесс, когда сливки сворачиваются на слишком сильном огне.

— Я лишь смиренная служанка при высших силах, – продолжила она. – И мой особый талант заключается в том, чтобы развивать талант в других. В некоем скромном роде я была призвана самой судьбой посвятить себя образованию, и так я вношу свой малый вклад в историю.

А теперь – к делу. Я хочу, чтобы вы задумались о своём будущем. Позвольте мне поименовать вас, в некотором роде даже окрестить вас триадой Наместниц. В долгосрочной перспективе я хотела бы назначить вас на закулисные государственные должности в разных частях страны. Напоминаю вам, что такими полномочиями меня наделили те, чьи подмётки сапог я недостойна целовать. – Но её лицо при этом выражало такое самодовольство, словно на деле она считала себя более чем достойной внимания этих таинственных сил. – Выразимся так: вы станете тайными союзницами высшего эшелона власти. Анонимными посланницами мира, помогающими усмирять неуправляемые волнения среди нашего менее цивилизованного населения. Разумеется, ещё ничего не решено, и у вас есть право голоса в этом вопросе. Однако высказать своё мнение вы можете лишь мне, а не друг другу или кому-либо постороннему – так велит заклятие. Но я хочу, чтобы вы обдумали эту мысль. Мне однозначно потребуется в конечном счёте устроить пост Наместницы в Гилликине. Мисс Глинда, с вашим промежуточным общественным положением и весьма прозрачными амбициями вы с одинаковой лёгкостью сумеете блистать на балах у маркграфов – и в то же время быть как дома в крестьянских свинарниках. О, не ёрзайте так. Вы голубой крови лишь по одной, и то не слишком высокородной линии. Наместница Гилликина, мисс Глинда… Звучит заманчиво?