Книга Злая. Сказка о ведьме Запада, страница 223 – Грегори Магуайр

— Ты появилась на свет в наказание за то, чего я не смог сделать. Но не беспокойся. Всё это в прошлом.

— А Нессароза? – спросила Эльфаба. – Как связаны стыд и вина в её случае?

— Она – живой портрет распущенного нрава твоей матери, – спокойно ответил Фрекс.

— Вот почему ты так её любил, – осознала Ведьма. – Потому что её человеческая слабость была не твоей виной.

— Не мучай себя этим лишний раз, – сказал Фрекс. – Ты всё время так делала. Теперь она мертва, так какое это имеет значение?

— Моя жизнь продолжается.

— А моя истекает, – печально ответил он.

Тогда Ведьма вернула руку отца на колени, мягко поцеловала его, а затем сложила страницу из Гримуара и спрятала её в карман.

После этого она повернулась поприветствовать женщину, шедшую к ним через лужайку.

Эльфаба решила было, что это горничная с чаем (Фрексу всё ещё оказывали мелкие услуги – из-за возраста, мягкого нрава и, вероятно, его сана), но потом увидела, кто это, – и встала, одёрнув передник своего домотканого чёрного платья.

— Мисс Глинда Ардуэннская, – произнесла она с бешено колотящимся сердцем.

— О, ты приехала, я знала, что ты приедешь! – воскликнула Глинда. – Мисс Эльфаба, последняя истинная Владычица Тропп, что бы кто ни говорил!

Приближалась она медленно – то ли из-за возраста, то ли из застенчивости, то ли потому, что её нелепое платье весило столько, что ей было трудно в нем передвигаться. «В этом платье она точно огромный куст глиндовых ягод, – только и смогла подумать Ведьма. – Там, под юбкой, должно быть, турнюр размером с купол собора Святого Флорикса». Платье переливалось пайетками, то здесь, то там кокетливо свисали оборки и полоски меха, а по подолу была выткана чуть ли не вся «Историческая хроника страны Оз» в технике трапунто – шесть или семь овальных панно. Но её лицо… За слоем пудры, под морщинками у глаз и губ всё ещё угадывался облик той робкой школьницы из Пертских холмов.

— Ты ничуть не изменилась, – заметила Глинда. – Это твой отец?

Ведьма кивнула, но жестом велела ей говорить тише: Фрекс снова задремал.

— Пойдём, прогуляемся по саду, пока местные не выкорчевали розы в порыве маниакальной борьбы с угнетением.

Ведьма взяла Глинду под руку.

— Глинда, ты ужасно выглядишь в этом наряде. Я думала, к этому времени у тебя появился хоть какой-то вкус.

— Когда оказываешься в провинции, надо показать немного стиля, – ответила та. – Думаю, смотрится не так уж плохо. Или атласные буфы всё-таки перебор?

— Перебор, – согласилась Ведьма. – Они просто требуют ножниц, это катастрофа.

Они рассмеялись.

— О, дорогая, что они сделали с этим величественным старым местом, – посетовала Глинда. – Смотри, вот здесь, на фронтонах, должны стоять изящные резные урны. А весь изысканный бельведер расписан революционными лозунгами! Надеюсь, ты что-нибудь предпримешь, Эльфи. За пределами столицы нет ни одного бельведера, равного этому.

— Я никогда не разделяла твою любовь к архитектуре, Глинда, – покачала головой Ведьма. – Но ты почитай эти лозунги! Вот, гляди, здесь написано: «ОНА НАС РАСТОПТАЛА». Ну и почему бы им не разрисовать её бельведер, если она действительно их растоптала?

— Тираны приходят и уходят, а бельведеры вечны, – возразила Глинда. – Как только попросишь, я порекомендую первоклассных реставраторов.