Книга Волны и джунгли, страница 320 – Джин Родман Вулф

— Грозить наказанием не буду, – продолжил я. – Скорее всего, наказывать тебя никто не станет, да и наказывать тут, по сути, не за что, однако, когда ты доживешь до моих лет и твои соседи начнут вспоминать тех, кто отважно вышел навстречу смертельной опасности, грозившей всему Бланко, твоего имени не вспомнит никто. Напротив: вопросы, сомнения, шепотки за спиной… Неужто ты не предпочтешь, чтоб твое имя славили?

Римандо, шумно, сквозь зубы вдохнув, вытянулся в струнку и отсалютовал.

— Ладно. Слушаюсь, сударь. Приказывай, сударь.

Я отсалютовал в ответ, коснувшись навершием посоха правой брови.

— Некоторые из местных называют меня «стрего», – продолжил я. – Нет, я вовсе не чародей, однако порой мне открывается нечто, сокрытое от других. Вот как сейчас, сию минуту.

— Так точно, сударь!

— Позволь я тебе отправиться в погоню за Морой, ты не сумеешь ни вернуть ее в безопасное место, ни даже найти ее. Говорю сие отнюдь не затем, чтоб принизить твои способности – напротив, знаю, что юноша ты дельный, причем знаю об этом лучше тебя самого. Говорю так, поскольку такова истина.

— Так точно, сударь! – повторил Римандо.

— Не выйдет это ни у ее отца, ни у Эко. Могу лишь надеяться, что никто из них не погибнет, пытаясь ее разыскать.

— А нам, сударь, в поселение нынче ехать? – поинтересовался Сборсо.

— Да, но прежде нужно поесть самим и задать корм животным. Есть у них кукуруза или чем вы скотину кормите?

Кучер подтвердил, что корма у лошадей и мулов в достатке.

— Прекрасно. Идемте в дом, все. Знаю, обычно Инклито вас к столу не зовет, но сегодня особый, совершенно особый день. Мне нужно поговорить с нашими женщинами, а сделать это лучше всего в присутствии всех и каждого.

Едва переступив порог, я кликнул с кухни Дечину и Онорифику, Торду отправил за матерью хозяина дома и, как только все уселись за накрытый к завтраку стол, поднялся на ноги.

— Мора отправилась в Новелла-Читту, – сообщил я ее бабушке. – Взяла коня Римандо и умчалась среди ночи. Твой сын со вторым гонцом поскакал за ней. Не попадет ли кто-то из них, или все трое, в беду, я сейчас сказать не могу. Могу лишь помолиться за них и то же самое советую сделать тебе. И тебе, Торда. И Дечине с Онорификой также следует помолиться.

Стряпуха, оцепеневшая от страха, уставилась на меня во все глаза. Три прочие дамы с испугом кивнули.

— Любой из присутствующих мужчин может подтвердить, что Инклито, уезжая, вверил мне управление и этим домом, и ордой Бланко. Однако остаться здесь я, как ни хотелось бы, не смогу. Точности ради, остаться не сможет никто из нас, пятерых мужчин. Римандо – старший из моих подчиненных, – добавил я, повернувшись к кучеру. – Будь добр, дай ему лучшую лошадь.

Кучер, не прекращая жевать, согласно кивнул.

— Инклито сказал, что намерен зачислить вас, всех троих, в кавалерию. Выдал ли он вам пулевые ружья и прочее снаряжение?

Перито со Сборсо подтвердили: да, дескать, выдал.

— Тогда поедете со мной и с Римандо, – велел я, – служить в орде до возвращения хозяина.

— Инканто, – с дрожью в голосе заговорила мать хозяина дома, – а ферма? Как же…

— О хозяйстве придется в меру возможности позаботиться тебе, – ответил я. – Разумеется, тут потребуется чья-то помощь, а в помощницы я предложил бы взять Торду, хотя ты и не склонна принять сие предложение.