Книга Адмирал Империи – 61, страница 57 – Дмитрий Коровников

— Всем подразделениям. Говорит Хромцова.

Короткая пауза. Достаточная, чтобы каждый услышал и понял.

— Когда войдем в здание… В живых никого не оставлять.

Она сжала винтовку так, что пальцы заныли даже сквозь бронеперчатки.

— Повторяю: никого не оставлять в живых. Все меня поняли⁈

Место действия: звездная система HD 35795, созвездие «Ориона».

Национальное название: «Новая Москва» — сектор Российской Империи.

Нынешний статус: контролируется силами первого министра Грауса.

Точка пространства: столичная планета Новая Москва-3. Адмиралтейство ВКС.

Дата: 17 августа 2215 года.

Двери центрального входа в Адмиралтейство были массивными — старое дерево, окованное потемневшей от времени бронзой, с двуглавыми имперскими орлами на створках. Они простояли здесь больше века, пережили войны, смены правителей и политических режимов, видели триумфы и поражения. Они были символом незыблемости государственной машины, которая переживёт любые потрясения.

Примагниченные гранаты направленного действия положили конец этой незыблемости.

Взрыв был коротким и точным — не разрушительным в привычном понимании, но достаточно мощным, чтобы выполнить свою задачу. Створки вырвало из петель и швырнуло внутрь, в просторный холл, где их падение подняло тучу пыли, щепок и осколков бронзы. Дым от взрыва заполнил дверной проём, и сквозь этот дым — не дожидаясь, пока он рассеется — хлынули космопехи.

Одновременно с атакой на парадный вход другие штурмовые группы проникали в здание через окна первого этажа. «Ратники» позволяли прыгать на высоту в три метра и цепляться за выступы бронированными пальцами, и морпехи 5-ой ударной использовали это умение в полной мере. Вместо того чтобы толпиться у единственного входа, превращаясь в удобную мишень, они рассекали оборону противника на части, атакуя с нескольких направлений разом.

Холл Адмиралтейства встретил их шквалом огня.

Защитники здания подготовились к штурму — насколько вообще можно подготовиться к тому, что неизбежно. За перевёрнутыми столами из тяжёлого дерева, за мраморными колоннами, за наспех сооружёнными баррикадами из офисной мебели и металлических ящиков — везде были люди с оружием. «Преображенцы» в броне с золотыми орлами на наплечниках. Офицеры Адмиралтейства в парадных мундирах, сменившие церемониальные кортики на штурмовые винтовки. Адъютанты и порученцы, которые, вероятно, впервые в жизни стреляли по живым мишеням, а не по голографическим силуэтам на полигоне.

Все они открыли огонь по дверному проёму, по вломившимся космопехам, по клубам дыма и пыли — кто прицельно, кто наугад, больше с надеждой попасть хоть куда-нибудь, чем с уверенностью в результате.

Первые штурмовики, ворвавшиеся в холл, приняли на себя этот первый залп. Пули защёлкали по бронепластинам, высекая искры, оставляя царапины и вмятины. Кто-то из морпехов упал — пуля нашла щель в защите, пробила сочленение, вошла в плоть под металлом. Кто-то отшатнулся, получив очередь в нагрудник — не смертельно, но оглушающе больно, словно удар кувалдой в грудь.

А потом началась настоящая работа.

«Морпехи» 5-ой «ударной» были не просто солдатами — они были специалистами особого профиля, которых годами натаскивали штурмовать узкие коридоры космических крейсеров и линкоров, где каждый поворот мог скрывать засаду, а каждая переборка — стать последним укрытием для врага или для тебя самого. Ближний бой в замкнутом пространстве был их стихией, их ремеслом, их искусством, доведённым до смертоносного совершенства.