Книга Адмирал Империи – 62, страница 41 – Дмитрий Коровников

Адмирал-паша Гелен — командующий 6-й «линейной» дивизией, немолодой, грузный человек с чёрными усами и тяжёлым подбородком — коротко кивнул на экране. Сахи-Давуд, возглавлявший 8-ю «линейную», — худощавый, с бритой головой и цепким взглядом — просто козырнул. Оба были свежи, их корабли стояли в полной готовности — поля на максимуме, боезапас нетронут, экипажи рвутся в бой.

Семьдесят вымпелов двинулись вперёд — единой массой, сливаясь по пути в ударное построение, где два тяжёлых флагмана и остальные линейные корабли шли острием, а за ними, эшелонируясь в глубину, — крейсера и лёгкие галеры. Это уже не была разведка боем. Это был пробивной кулак.

Ясин Бозкурт проводил их взглядом на тактической карте и повернулся к капитану Озтюрку.

— Пошлите шесть галер к заграждениям на по периметру построения русских. Пусть проверят — аккуратно, не углубляясь — насколько плотна эта россыпь минных полей. Что-то мне подсказывает, что у Хромцовой не может быть на борту ее кораблей столько мин.

Озтюрк кивнул и передал приказ.

Адмирал-паша Рейс, слушавший переговоры из своей каюты на «Барбарос Хайреддине» — его корабль стоял на экстренном ремонте, инженерные команды заваривали пробоины левого борта, — связался с командующим по закрытому каналу:

— Позвольте предложение, Ясин-паша.

— Говори.

— Когда Гелен и Сахи-Давуд свяжут гяуров ближним боем — ударьте моей и дивизией Дерьяоглу с флангов. Обойти их строй, зайти со стороны верфей или через заграждения.

— Через мины? — командующий приподнял бровь.

— Я наблюдал, как Хромцова их ставила. Три крейсера за полчаса разбросали двести с лишним объектов. Настоящих мин столько не бывает, Ясин-паша.

— Убеждённость и знание — разные вещи, Керем, — ответил Бозкурт. — Я послал галеры проверить. Когда будет точная информация — тогда решим.

Связь оборвалась. Старый адмирал снова повернулся к тактическому дисплею, где красные маркеры его ударного ордера набирали ход…

…На «Палладе» праздник длился ровно столько, сколько Агриппина Ивановна позволила ему длиться — то есть примерно четыре минуты. Потом тактическую карту в центре командного отсека «Паллады» снова залило красным.

— Движение, — капитан Забелин произнёс это одним словом, и мостик затих. — Две свежие дивизии. Ударное построение. Курс — на нас. Крейсерская скорость. Растет.

Командующая 5-й «ударной» посмотрела на карту. Ровно половина Флота Южных Сил. Единая масса, нацеленная ей в лоб. Не поочередно, как в прошлый раз, одна за другой, — а плотный, тяжёлый таран одновременно из двух дивизий с линкорами в острие и всей мощью 6-й и 8-й за ними.

— Арсений Павлович, — она вышла на канал «Полтавы». — Вы видите, что твориться?

— Вижу, — голос командующего сводной дивизией Балтийского космофлота был хриплым от непрерывных команд, но твёрдым. — Всё свежее, что у них есть. Ничему их жизнь не учит.

— Мне бы ваш оптимизм. Перестроение. Плотная «фаланга». Все корабли — в один слой. Перекрытие полей максимальное. Никаких брешей.

— В «фаланге» мы окончательно теряем подвижность, — заметил вице-адмирал. — Если навалятся — будем только стоять и принимать.

— Именно. Другого выхода нет — наши корабли слишком потрёпаны для манёвренного боя. Фаланга даст единственное, что нам нужно: плотность огня и взаимное прикрытие полями. Каждый вымпел защищает соседа.