Книга Корпус тайных наук, страница 141 – Саша Мирович

Вздохнув, Александр ожесточенно потер лицо руками и устало застонал:

— Глупость, глупость, какая же глупость!.. – Он зажмурился и несильно постучал лбом об оконный косяк. – Ну где была моя голова? Где. Была. Моя. Голова?! – На последнем слове голос сорвался, получилось слишком громко, и Александр немедленно притих: переживания переживаниями, а все-таки не стоит делиться ими со всем Корпусом.

Он хотел было снова высунуться в окно, но тут за стеной шумно завозились, а потом постучали в нее три раза. Александр обернулся и замер: не послышалось ли? Стук повторился, теперь настойчивее и дольше, тогда он подошел к стене и разок стукнул в ответ.

Из соседней комнаты донесся голос:

— Саша. Хватит казниться, – тон Жанно мгновенно навел на мысль о медведе, который решил из своей берлоги пообщаться с кем-то, кто заплутал в лесу. – Никого бы ты не остановил. И в ответе за все не больше, чем остальные. Ложись спать. Немедленно, сейчас. Ложись и спи. Завтра трудный день. Доброй ночи, Саш.

— Я… – Александр запнулся: страшно хотелось с кем-нибудь поговорить, и Жанно лучше многих годился в собеседники, но трудновато вести беседу через стену и не привлечь весь этаж. Так что оставалось только вздохнуть и ограничиться ответным пожеланием: – Доброй ночи, Жанно. – Он коснулся стены ладонью, как будто так мог передать тепло.

Рассвет наступил слишком быстро, зато оказался неожиданно солнечным. Даже разбудил Александра бледный солнечный луч, коснувшийся век и заставивший открыть глаза. Встрепенувшись, он тряхнул тяжелой головой и понял, что проспал от силы пару часов, причем сидя в сюртуке, который только чудом теперь можно будет привести в порядок.

Совершать чудо пришлось в спешке, чтобы не опаздывать на урок и не давать лишних поводов для сплетен и подозрений, особенно если остальные проспят. Наконец, плеснув холодной воды себе в лицо, Александр поспешил на историю чародейских искусств и, как только переступил порог комнаты, нос к носу столкнулся со вчерашним доносчиком.

Александр приостановился, мгновенно заледенел от накатившей злости, затем улыбнулся самой неприятной улыбкой, на какую был способен:

— Тулупов, – это должно было стать единственным приветствием.

— Елецкий, – в тон ему откликнулся тот и после едва ощутимой заминки внезапно слегка поклонился.

— Ни слова, ты же помнишь? – Александр угрожающе шагнул к нему навстречу, стараясь по-прежнему сохранять невозмутимость и хорошие манеры.

А вот Тулупов, похоже, к манерам относился намного свободнее: он мгновенно вспыхнул и сквозь зубы отозвался:

— Я не дурак, Елецкий, чтобы ты там обо мне ни думал. – Тулупов скрестил руки на груди. – Не вижу ни смысла, ни радости в том, чтобы сейчас распустить язык и привлечь к вашим ночным приключениям ненужное внимание. Келейников все еще здесь.

Это сбивало с толку. А еще так и подхлестывало задать тысячу вопросов: Тулупову тоже есть дело до Келейникова? С чего бы это вдруг? И почему он так злится? Хотелось спросить обо всем и сразу, но Александр видел по лицу собеседника, что это вряд ли приведет к чему-то хорошему, а раз так, то лучше пока держать себя в руках.

— Если так не хочешь привлекать к нам внимание, почему побежал доносить обо всем Черешину? – от одного вопроса он все-таки не удержался. – Это ведь ты, я правильно понял?