Книга Вор Мертвого города, страница 82 – Андрей Глухарёв

Галерея Железной Кирки была архитектурным чудом, которое я мог оценить даже в таком жалком свете. Это была не природная пещера, а идеальный, выверенный до миллиметра коридор, прорубленный в монолитном базальте. Шириной ровно в плечи Крэга — здоровяк то и дело скрежетал наплечниками по стенам — и с поразительно ровным полом. Никаких сталактитов, никаких луж. Сухая артерия внутри каменного тела Змеиного Хребта. Справа от нас тянулась глухая стена горы, слева — через равные промежутки зияли узкие, вытянутые по вертикали амбразуры, выходящие в Ущелье Слепого Короля. Сквозь них тянуло стылым, пробирающим до костей сквозняком.

Мы шли долго. Время под землей теряет свой смысл, растягиваясь, как старая смола. Это могла быть пара часов, а могла быть и целая вечность. Монотонность сводила с ума. Шаг, шорох каменной пыли, хриплое дыхание Крэга впереди, едва слышный стук деревянного посоха Лиры, который она использовала как трость. Девочка больше не плакала. Она вообще не издавала ни звука, впав в то спасительное оцепенение, когда разум просто отключает эмоции, чтобы не сломаться окончательно. Я шел последним, инстинктивно подстраивая свой шаг под ритм идущего впереди Лориса, чтобы мои сапоги опускались в такт его шагам. Идеальная бесшумность. Мой взгляд, привыкший цепляться за тени, постоянно скользил по узким бойницам слева. Каждый раз, когда мы проходили мимо очередного провала, я ждал, что оттуда, из черноты ущелья, высунется перепончатая лапа или рогатая морда. Моя паранойя работала как хорошо смазанный часовой механизм.

— Клянусь предками, — голос Брана, усиленный галереей, прозвучал неожиданно громко. Горец шел, закинув свой длинный меч на плечо. — Бородатый, если вы, гномы, могли прорубить такую ровную нору в сплошном камне, почему вы сидите под землей? С такими умениями вы могли бы строить дворцы до небес и собирать дань со всех королей Юга!

Харгрим, вышагивающий впереди со своей светящейся зеленой трубкой, презрительно фыркнул.

— Строить для людей? — голос гнома эхом отлетел от стен. — Вы, верзилы, живете меньше, чем сохнет хороший цементный раствор. Мы строим на тысячелетия. Эту галерею вырубили еще во времена Третьей Эпохи, когда Великий Союз был не просто надписью на бумаге, которой подтираются в Столице, а настоящей силой.

Харгрим остановился у одной из амбразур и похлопал толстой ладонью по камню.

— Видишь угол скоса? — с гордостью произнес он. — Отсюда инженеры клана Железной Кирки следили за работой шлюзов. Если бы твари Бездны, вроде тех, что сожрали наших коней, попытались прорваться через ущелье и вода бы их не смыла, из этих щелей на них обрушился бы огонь. Арбалетные болты с фосфором, алхимическая смола, раскаленный свинец. Этот коридор был создан не для прогулок. Это крепостная стена, вывернутая наизнанку.

— И где же ваши хваленые стрелки сейчас? — ядовито, превозмогая боль, подал голос Лорис. — Почему мы спасаемся в брошенной кишке, где нет никого, кроме пыли?

Зеленый свет мигнул — Харгрим резко обернулся, его лицо исказилось.

— Потому что вы предали нас, надменный ты выродок! — прорычал гном, и в его голосе зазвучала старая, впитавшаяся в кровь обида целой расы. — Когда Эре-Нергал пал, когда эта черная гниль поползла на Запад, люди и эльфы заперлись в своих городах и лесах. Вы бросили нас держать границы под землей! Кланы истекали кровью, перекрывая тоннели. Мы запечатали переходы, обрушили собственные города, чтобы заткнуть Бездну! Нас осталось слишком мало, чтобы сидеть в дозорах. Мы ушли глубже. Оставили только механизмы.