Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 6, страница 91 – Джин Соул

Утром, плотно позавтракав, Ху Вэй и Ху Фэйцинь отправились на лисью разведку. Люди охотно с ними разговаривали и без лисьего морока, но ничего нового узнать не удалось.

Чжу Вансян, родом из царства Мин, двадцать пять лет, младший сын торговца шёлком, приехал в Змеиный Котёл несколько лет назад, купил большой дом. На что живёт неизвестно, но всегда платит по счетам и не скупится на чаевые. Гадатели в его доме частые гости, в монастырь как на работу каждый день ходит и выпрашивает какую-то хранящуюся у монахов вещь, якобы чудодейственную, а что не в своём уме, так это и его старый слуга подтвердит, и каждый, кто его лично знает, потому что заговаривается, а временами такую околесицу несёт, что хоть затыкай уши и прочь беги, но смирный, ни на кого не бросается, да и почти не выходит из дома, только в монастырь, всё больше читает книжки, которые гадатели для него добывают.

— И чтобы он нанял бандитов? – засомневался Ху Фэйцинь. – Людей послушать, так он и мухи не обидит.

— Ну… – протянул Ху Вэй. – Кто знает, что у него на уме? Тихие психи опаснее буйных.

— Тогда тем более нельзя оставлять ему гуцинь без струн. Почему он вообще так одержим этим артефактом? Для чего он ему?

— Может, собирается призвать армию душ и захватить мир?

— Ху Вэй! – рассердился Ху Фэйцинь, – опять твои шуточки!

Ху Вэй пожал плечами. Он и не шутил. Людей он знал неплохо, потому не исключал даже такой смехотворной вероятности.

— Если человек что-то вобьёт себе в голову, – назидательно сказал Ху Вэй, – то это из него даже палкой не выбить.

— Как по мне, это утверждение верно и для лисов. Для одного уж точно, – непередаваемым тоном ответил Ху Фэйцинь.

Ху Вэй поскрёб ногтем кончик носа и заметил:

— Считая меня – для двух.

Разыскивать дом, в котором поселился Чжу из царства Мин, долго не пришлось: стоило спросить дорогу – и им указали на большой, но запущенный особняк. Особенно впечатляла дыра в крыше, черепица вокруг которой стояла дыбом, как шерсть на загривке. Нерадивые хозяева (или слуги) хозяйственными делами себя не утруждали, зато повсюду были талисманы, так скверно нарисованные, что Ху Фэйцинь зачарованно на них уставился, но сколько ни смотрел, так и не смог понять, от чего или для чего они.

— Я так думаю, – начал Ху Вэй, очень красноречиво выгнув левую бровь и подцепив когтем один из талисманов, свисающих прямо с ветки дерева, – живут здесь крайне суеверные люди. Предполагается, что это талисман от дурного глаза, но нарисован он так, что скорее нашлёт проклятие, чем убережёт от него.

— Предполагается? – переспросил Ху Фэйцинь и невольно поёжился. О проклятиях он знал не понаслышке.

— Люди верят, лисы – нет, – объяснил Ху Вэй и подцепил когтем другой талисман. – Это просто разрисованная бумажка. Ты же был бессмертным мастером, должен знать, как это работает.

Ху Фэйцинь знал. Талисманы, нарисованные обычными людьми или шарлатанами, были бесполезны и даже опасны, надеяться на них не стоило. Господин-с-горы талисманы создавать умел. Для этого нужно было вложить в кисть духовную силу.

«И без ошибок писать», – мысленно добавил Ху Фэйцинь, заметив, что на талисмане, который разглядывал Ху Вэй, защитный иероглиф написан неправильно. Вряд ли «защыта» сработала бы, случись что.