Книга Папочка, спаси нашу маму, страница 12 – Кэти Свит

Офигенно!

Когда в десять вечера раздается звонок и Слава уходит разговаривать со своей женой на балкон, я уже мою посуду.

Мои сладкие булочки спят, шок от встречи с призраком из прошлого прошел, Слава не понял про нашу связь с Никитой.

Все нормально.

— Я спать, — предупреждает брат, возвращаясь назад.

— Давай, — без лишних слов отпускаю его. Им завтра предстоит проведение сложной операции, а у меня завтра сделка.

Выспаться нужно обоим.

Поскольку мама не сможет приехать, то пришлось обращаться за помощью к Злате. У нее до семи вечера есть время побыть с девочками, и она согласилась помочь, а когда мама приедет, то я начну перевозить вещи.

Хозяйка квартиры, которую я снимаю, оказалась не в восторге от того, что мы будем съезжать, и отказалась продлевать аренду на новый месяц. Она дала лишь неделю на сборы.

Это, конечно, печально. Но не критично.

Справлюсь! Все будет хорошо!

В конце концов, я и не такое выдерживала.

Проснувшись утром, отправляю брата в больницу, завтракаю и привожу квартиру в порядок.

От волнения время идет слишком медленно, каждая минута превращается в час. Скоротать его, как ни пытаюсь, увы, не выходит.

— Ты готова? — в квартиру заходит Злата.

— Да! — воодушевленно говорю ей. — Сегодня подписание! — от переизбытка эмоций прыгаю и хлопаю в ладоши.

Златка смеется.

— Вечером отмечаем! Я накрываю на стол! — торжественно говорю. — Будем пить шампанское и кушать роллы!

Меня переполняет радость.

Рассказываю своей помощнице в подробностях все, что нужно сделать за время моего отсутствия. Как минимум один раз надо накормить девочек, дальше я по идее должна буду приехать.

Одеваюсь, обуваюсь, хватаю сумочку и открываю дверь.

— Ты деньги-то взяла? — Златка кидает вдогонку.

— Естественно! — фыркаю. — Все хорошо! Не переживай! — кричу ей с лестничной клетки.

Выскакиваю во двор, окрыленная счастьем, иду в банк, но когда добираюсь до парка, нехорошее предчувствие меня гонит другим путем. Сворачиваю от центрального входа, иду в обходную.

Резкий рывок, и какой-то гад вырывает сумочку из моих рук. Продетый под курткой ремешок натягивается, причиняя сильнейшую боль, но поскольку сумку я ни за что не отдам, терплю. Начинается борьба, а когда в незнакомце я узнаю Андрея, то и вовсе лишаюсь дара речи.

Секундного промедления с моей стороны достаточно, чтобы он мог меня оттолкнуть. Теряя равновесие, лечу на проезжую часть.

Удар. Боль. Рывок.

Я теряю сознание.

День снова обещает быть дерьмовым и головная боль тому подтверждение. Вроде вчера не так много выпил, но пульсирующая боль в висках едва позволяет дышать.

Кое-как добравшись до кухни, выпиваю лекарство от похмелья, шлифую его чаем и ставлю вариться бульон.

Нужно забирать машину со штрафстоянки.

Бросив взгляд на часы, понимаю, что уже ни разу не утро, операцию я пропустил.

Похрен.

После вчерашнего происшествия Девяткина все равно меня не пустит в операционную до тех пор, пока мы с ней все не обсудим. По лежащим в отделении моим пациентам без изменений, так что можно сегодняшний день прогулять.

В конце концов, когда мне еще отгул дадут среди недели.

— Гош, как там мои? — уточняю у Донского. Он, в отличие от нас с Тихим, на работу сегодня не забил.

Звучит жестоко, но Дон адаптирован к смерти пациентов. Он черствее и жестче каждого из нас.