Книга Прикладная рунология, страница 56 – Дайре Грей

— За что?

Нет, успеть за ходом его мыслей мне определенно не дано.

— За вторник. Я не хотел, чтобы вы пострадали, но раньше мне как-то не приходилось защищать других. Я привык думать только о своей безопасности и поступил так, как посчитал нужным, не считаясь с вашим состоянием.

Учитывая, что сам герцог не очень-то и пострадал, о себе он заботиться научился хорошо. А я… Я опустила взгляд и разгладила юбку, расправляя никому не интересные складки. Извинений, конечно, мало, учитывая угрозу жизни, но… Я ведь жива. И здорова. Почти. И… Если подумать, все действительно могло закончиться плохо, а вышло… Вышло, как вышло. Раздражение улеглось и сгорело в пылу азарта работы. И где еще мне удастся прикоснуться к столь уникальным изобретениям?

— Хорошо. Я вас прощаю. Но мне все еще нужен новый костюм.

Под моим взглядом он усмехнулся, а потом предложил:

— Когда предварительные расчеты будут завершены, и наше предложение рассмотрят на практике, можно будет подать заявку на патент. Я могу включить туда ваше имя. Будете получать отчисления.

Патент? Отчисления? А если проект военный, то это ведь совершенно другие деньги, нежели жалование секретаря. А если еще и откладывать начать…

Предстоящие перспективы перестали казаться мрачными.

— И сколько же у вас патентов? — почему-то эта мысль только теперь пришла мне в голову.

— Больше двадцати, — легко ответил Герхард. — Большая часть за создание автомобиля, еще есть за одиночные изобретения. Некоторые используются в тех самых цистернах, и от них я тоже получаю отчисления.

— То есть вам приходят деньги со всего мира?

— Громко сказано, но по сути… Возможно. По крайней мере, с той его части, где люди используют мои изобретения легально.

— А зачем вам столько денег?

Вопрос вырвался сам собой, и я сразу же о нем пожалела. Неприлично интересоваться подобным, и герцог вполне мог ответить резко, однако предпочел дать разъяснения:

— Потому что только деньги дают независимость. С ними я могу не думать о том, что скажет моя семья. Не зависеть от их решений. Я сам по себе. Свободен в определенной мере. Я могу купить себе любой дом в столице и переехать туда, если мой брат решит отобрать особняк. Я могу перенести завод в любую точку Империи и увезти с собой всех рабочих. Мне хватит денег. И я знаю, что всегда смогу заработать еще.

— Вы говорите так, будто быть частью императорской семьи — скорее бремя, чем привилегия.

И это странно. Тем более странно слушать, что бастард императора зарабатывает деньги, чтобы получить независимость от своей семьи. А мне всегда казалось, что у него есть все. Как у любого другого аристократа.

— О, у вас скоро появится возможность составить о моей семье свое мнение. Моя тетушка приглашает нас на ужин. Уже завтра. Полагаю, вам есть, что надеть?

Если и существовал способ более эффектно поставить точку в разговоре, мне он был не известен, потому что от перспективы оказаться в доме Великой герцогини Сантамэль в обществе бастарда императора у меня пропал дар речи…

Герхард бросил взгляд в зеркало, убеждаясь, что выглядит подобающе. Камердинер застегнул ему запонки и подал фрак — визит к тетушке диктовал полное соблюдение этикета и прочих формальностей. Щетка в руках опытного слуги быстро прошлась по его плечам, убирая несуществующий мусор.