Книга Цена власти, страница 62 – Илья Карпов

Таринор уже ликовал в душе, не обращая внимания на возмущённого Тейноса Таммарена, как вдруг произошло нечто совершенно невероятное. Сфорца мелко затрясся всем телом, а из его рта вырвалось нечто похожее на смешок. Удивительно, но поначалу этот человек смеялся без тени улыбки, и лишь несколько секунд спустя, когда смех стал громче, уголки его губ едва приподнялись.

Собравшиеся лорды застыли в изумлении. Никто из них не видел Эмилио Сфорца даже улыбающимся, а теперь суровый, как солдатский ремень, кондотьер хохотал в голос на весь шатёр.

Смех прекратился так же внезапно, как и начался. Вмиг вернувший серьёзность Сфорца долго что-то говорил переводчице, а та, почтительно кивнув, обратилась к Таринору.

— Сеньор Сфорца восхищён вашей смелостью и предлагает следующее: вы пойдёте в замок в одиночку. Люди отряда Золотых львов не станут помогать и охранять вас. Также сеньор предлагает вам пари. Если вы сумеете убедить лорда Эдвина Одеринга присоединиться к восстанию против короны, он выплатит вам десять золотых марионов. Если же вас постигнет не удача, но вы останетесь в живых, то получите десять ударов плетью и будете прислуживать ему до конца кампании: менять постельное бельё сеньора и подавать ему вино.

Таринор никак не ожидал подобного поворота событий. Стало быть, сеньор Сфорца спорщик? Похоже, что-то аккантийское в нём всё-таки осталось. Наёмник похлопал по поясной сумке, где лежал медальон — последний козырь всё ещё при нём. Награда в случае победы манила блеском золотых монет, а в случае неудачи… Что ж, десяток плетей он выдержит.

— Идёт! ­– выпалил Таринор, протянув руку.

Сфорца поглядел на него с удивлением, но незамедлительно скрепил спор рукопожатием. Ладонь кондотьера была сухой и жёсткой, словно пергамент, но в его глазах читалось уважение.

Дальнейшее время прошло за обсуждением тактики штурма в случае, если переговоры окончатся неудачей. Когда всё закончилось, из участников совета в шатре остались лорд Кельвин Старлинг и Хельдерик. Бывший патриарх не выглядел радостным.

— Что за балаган вы устроили, сир Таринор? — недовольно спросил он.

— Разве Сфорца не сам предложил это?

— Чтобы осадить. В надежде, что вы откажитесь, — вздохнул Хельдерик. — Вы ввязались в опасную игру. Неужели вы и впрямь настолько уверены в победе?

— Скажем так, порой удача благоволит мне самым неожиданным образом, — хитро улыбнувшись ответил Таринор.

* * *

Наёмник стоял перед воротами Одерхолда под прицелом десятков арбалетчиков, следивших со стен за каждым его движением. Таринор был совершенно уверен, что кольчуга никак не защитит его от выстрелов. Даже будь он облачён в латы, одновременный залп не оставил бы ему шансов.

Впрочем, покой он тоже обрести бы не смог, в этом он не сомневался. Асмигар слишком ясно дал понять, что чёртово проклятье всё ещё действует, и, погибнув, он лишь возродится вновь. Что ж, пора в кои-то веки обернуть эту напасть себе на пользу.

Скрытый в толще каменной кладки механизм глухо лязгнул, и ворота медленно открылись. Навстречу Таринору шагал молодой парень в кирасе и шлеме, чьё хмурое лицо показалось ему странно знакомым. За ним следовал вооружённый отряд из по меньшей мере десятка человек.

— Когда мне сказали, что вы пришли один, я поначалу не поверил, — сказал он, остановившись в десятке шагов. ­– Сир Таринор Пепельный, верно? Я сир Джастин Раурлинг, хранитель клинка Одерхолда.